Задумчив и грустен сегодня был Дон...

Задумчив и грустен сегодня был Дон,
И небо над ним полыхало костром.
И вдруг за излучиной, там, вдалеке,
Два струга увидел я в тихой реке.

На стругах спускалась казаков ватага,
Там песни гремели, и пенилась брага.
Как южный цветок, хороша и нежна,
На палубе струга стояла княжна.

И было ей страшно от жаркого спора,
И очи она опустила от взора.
Привстал атаман, прекращая их спор,
И прямо к добыче казак встал в упор.

Сорока стрекочет над стругом – к беде.
И небо бездонное видно в воде.
И молвит княжна: «Ты меня отпусти».
И слышит в ответ: «Дорогая, прости».

Лишь солнце закрыла чугунная туча,
Казак поднял деву рукою могучей.
И принял подарок задумчивый Дон,
Круги разбежались... И кончился сон.

И вдруг я очнулся. Рассеялся дым.
Лишь небо играет огнем золотым.
Исчезли те струги. Нет вёсел в воде.
Лишь гаснут круги в обмелевшей реке.

Гудит магистраль, догорает закат,
И песни другие в эфире звучат.
Но грустно течет под Воронежем Дон,
Смывая навеянный мифами сон.