Два мира

     Рэй был взбешен, взбешен до глубины своей души.  Его даже тошнило от негодования и возмущения. 
     И эти бешенство и негодование были следствием того, что Автор хотел его, Рэя, героя многих рассказов и повестей, единственного и любимого и в какой-то высшей степени неповторимого, поместить в мир новой несуществующей придуманной и дикой фантазии. 
     – Надоело! – Кричал в порыве злости Рэй. – Надоело прыгать с парашютом ночью и оказаться в пустыне, надоело топать по промозглым болотам под тропическим ливнем.  Надоело быть бандитом, грабить банки и убивать ни в чем неповинных людей.  Надоело быть террористом, подрывающим мосты и устраивающим засады.  Надоело пускать под откос поезда.  Надоело насиловать проституток.  Словом надоело все, и даже ты. 
     – Успокойся и хорошенько подумай, Рэй.  Тебя же, как такового, нет.  Ты не можешь думать и решать за себя, а тем более за меня.  Ты живешь только тогда, когда я пишу свои произведения или когда их читают мои читатели.  Как такового, тебя просто не существует в природе.  Ты – плод моей буйной фантазии, моего необузданного воображения, – отвечал ему Автор. 
     – Больного, – парировал Рэй,  – слишком больного воображения. 
     – Рэй, – пытался вновь успокоить его Автор, – ты живешь в моем воображении, в моем сознании.  Вспомни, сколько раз ты говорил мне, что тебе нравится такая жизнь.  Тебе же нравится попадать в сложные запутанные безвыходные ситуации и выходить сухим из воды.  Ты же сам мне говорил, что без этого не можешь представить своей жизни. 
     – Это ты не можешь жить без меня, – снова парировал Рэй. – Что бы ты делал без меня, без такого сильного умного и опытного героя, как я, жалкий облезлый толстопузый старикашка.  Это я бужу тебя по ночам, это я даю тебе массу сюжетов для твоих рассказов, это я воодушевляю твоих подписчиков. 
     – Замолчи, Рэй, сейчас же замолчи.  Ты хочешь меня обидеть?  Ты уже обидел меня.  Не продолжай, иначе я обижусь на тебя еще сильнее. 
     – Не замолчу, не замолчу! – Кричал плод авторского воображения.  Мне не просто все надоело, мне все осточертело.  Я хочу покоя.  Хочу получать заработанную мной пенсию.  Наконец, хочу сидеть на берегу озера и ловить рыбу, хочу ходить в лес за грибами, за ягодами.  Хочу иметь хороший дом в городе и виллу у моря.  Наконец, хочу иметь жену и много детей. 
     – Рэй, какая пенсия, какая рыбалка?  Какой дом, вилла, семья и дети?  Тебя же нет как такового, ты живешь в моем мозгу.  Поэтому успокойся, поразмышляй и пойми, что пенсия, семья, рыбалка и еще многое другое, о чем ты только что говорил – все это не для тебя.  Кто это все даст тебе, пустая твоя голова? 
     – Ты, ты должен был бы уже давно позаботиться обо мне. 
     – Нет, Рэй, ты еще не закончил свой путь по тропам моего творчества.  Для тебя все еще впереди.  Ты еще не все сделал, не все еще сказал.  Ты еще не был там, куда я хочу тебя послать с очень важной миссией.  Так что ты еще долго будешь будоражить умы моих читателей. 
     – Наших читателей! – поправил Рэй. 
     – Хорошо, наших читателей, – согласился Автор.
     – Пойми, – продолжал Рэй, – у меня даже и женщин настоящих и по-настоящему не было.  Все какие-то шалавы, да проститутки.  А, как хочется встретить такую, за которую не раздумывая можно и жизнь отдать.  А ты со своим больным воображением пытаешься почти всегда представить меня сексуальным монстром и подсовываешь ко мне в постель таких же баб.  В общем, надоело.  Понял ты меня или нет, ты, сексуально озабоченный тип? 
    – Рэй, ты достал меня.  И достал окончательно! 
    – Ну и черт с тобой, жалкий неудачник, пузатый лысый и жалкий писака.  Кем бы ты был без меня?  Как бы ты выжил без меня в своем мире, без меня, Рэя?  Я дал тебе все – признание, имя, славу, деньги.  Благодаря мне возрос тираж твоих произведений.  Без меня бы ты уже давным-давно сдох с голоду, и твои кости гнили бы где-нибудь на городском кладбище. 
    – Хорошо, Рэй, у тебя будет все, – будет много добропорядочных женщин. Ты хочешь? 
    – Да. 
    – Ты хочешь быть богатым, Рэй? 
    – Да.  И поскорей бы! 
    – Хорошо, Рэй, ты сам напросился. 
    – Не тяни кота за хвост. 
    – С этой минуты ты, Рэй, принимаешь мусульманство и твое имя теперь – Шейх Эль Кабир.  Посмотри, какой великолепный, какой красочный у тебя дворец и сколько у тебя добропорядочных жен и наложниц. 
    Автор не успел договорить до конца, как Рэй, перебив его, понял, что ему уготовано. 
    – Нет, я не хочу, я не желаю быть обрезанным!  Я – истинный католик!  Я – не мусульманин!  Я верю в Бога, в Иисуса, а не в Аллаха! – взревел уже на чистейшем фарси в исступлении тот, кого когда-то звали Рэйем. 
    Но было поздно – автор готовил себе утреннюю чашечку черного сладкого кофе с коньяком, и его занимали грядущие реальности нового дня. 

2004 г