У женщины

У женщины,
со мной соединенной
бушующим
провалом темноты,
все больше
временем
кремневым
стираемой,
скоропостижно
умирает
сын.

Я рядом
и
я
нем,
пока её
безгласно
терзает материнство,
пока
с такою нежностью
лишь смерть
и может
говорить
о смерти сына.

А я смотрю –
она уже уходит,
по сторонам
в растерянности
глядя,
хотя б на миг
пытаясь
задержаться,
она вдруг видит
полого меня
и наполняет
белым
пеплом
взгляда.

И вот,
раскрыв
комод старинный,
растревожив
дремлющие вещи,
она покойно
вынимает плащ
и в тот же миг
ко мне его приносит
и говорит:
- Он твой… -
и много больше
того,
что может слово
удержать
с привычным
океано-измещеньем.

Вот
плащ
на мне.
Он –
оживший
мертвец.
Он тень свою имеет.
Он молчит
с неведомой нам
мудростью –
оттуда,
утяжеляя
маятник
висков,
старается,
чтоб я
не оступился
и принимает
сердце, кровь
и мысли,
как каплю –
дно.

Я понял:
как не просто
пытаться
быть.
И как прекрасно
за осенью
идти покорно.
Сметь
не отступать
под прессом
потолка
и ставшие капканами
руины
превозмогать!

Да!
Я стараюсь быть!
А это значит,
что выгладив
все складки
и сорвав
стеклянные
порезы паутины,
я женщине,
доверившей мне
сына,
несу
простые,
светлые
цветы!..

1989

*** ***