На берегу кедровник рос,
в излучине впадала в плёс,
а дальше в омуты, река.
Догнать не в силах облака,
без права вырваться отсель,
иглой врастала в небо ель,
и с тёслами наперевес
валили арестанты лес.
Ни янтаря, ни журавля,
а только брёвен штабеля,
и солнца нет над головой
почти весь год, а волчий вой
оберегает целый час
политбюро иконостас,
и только с полночи до брезг
есть время для перерождеств.
Огрызок - тоже карандаш.
Пиши, рука, рифмуй пейзаж,
пока лучинок огоньки
не потушили Соловки.
Пиши, скорее, вспоминай
других лесов озёрный край,
и земляков простые лица
и, не сгоревшие божницы,
над "Аушвартою" зарю,
что выжигала злость царю
и грела души взглядом глаз,
как Феррагоста или Спас,
и сосен шум и дюны, дюны,
и сети от рыбацкой шхуны
на вешале, и путь-дорогу
домой, к любви, от веры к богу.
На берегу кедровник рос
© Copyright: Цветков Александр, 2025
Свидетельство о публикации №125031801803
Свидетельство о публикации №125031801803
Рецензии
