Беседа человека и Бога

Я пред тобой, Всевышний, снова;
С охапкой низменных грехов.
Как повесть из простейших слов,
Нагой, как будто из утробы;
К судебным тяжбам я готов.

Но прежде, чем терзать укором,
Испепелять огнём очей,-
Посыл тревожных серых дней,
Тоски забвенной год за годом,
За что? Ответь, прошу скорей.

Чем заслужил твою надменность?
Пылает нечестивцев рой,
А я на паперти босой.
Цена в руках моих за верность
Соизмерима с пустотой.

*****

Глупец, я в этой жизни дал тебе так много:
С лихвой здоровья, силу воли, пылкий ум.
Ты не был брошен беспризорником к порогу,
Ты не вкушал того, что чувствует горбун.

Ты не терял того, чего вернуть не в силах;
Я не давал тебе изведать дна на вкус.
Тот жгучий такт, что часто отдавался в жилах, 
Воспламенял всегда соизмеримый груз.

Но неспроста твой путь бывал на редкость тошным.
Душевной мукой не напрасно «награждён»;
Борьбу усердную с эгоцентризмом пошлым
Преодолеешь, - в этом был я убеждён.

Но ты на каждый зов его срывался разом,
Своих не выдержав пустынных сорок снов.
И я глашатаев устами молвил фразу:
«Уныние - есть наистрашнейший из грехов».

Я в замешательстве куда тебя направить -
Дорогу в рай, к несчастью, ты не заслужил;
И в преисподнюю нельзя тебя спровадить -
Уж не настолько, милый, ты греховно жил.

Сопроводить тебя я вынужден к истоку;
И вновь свой век прожить - таков тебе наказ.
Поверь, неведомо на сей раз даже Богу:
Не повторится ли беседа в сотый раз.