Нувориш

Безрадостно-расхристанное детство
в тени полынных, безкрестных куполов.
Попытки воспротивиться нужде,
скопившейся, как жженый уголь,
на задворках дома
о четырех перекосившихся проемах
двери и окон. Скупердяйка-мать,
гоняющая по вокзалам допоздна
сбирать пустые, слюнявые бутылки…
И вдруг – скачок! Столица!
Скользкий шанс! Торговля овощами!
Блеск! - - - и провал…
Поднимем голову, и вновь поднимем!
Водка, как эпилептик, сотрясается
в купе проводника. И рублики пожмаканные –
бабы на третьих полках – едут- на
откупиться от тюряги, - и снова гол…
А время-то – про нас: собачки, мебель,
леденцы и погремушки бледных,
как и любители их, маков…
И сколько ж тех коровников, детей
разбросано по выжженным степям?
Столовая? Резонно! Недовес – на волосок,
а все на бельмондову шевелюру.
Японская аппаратура, девчонка – люкс –
с балконом, ванной, садом
и видом на парижскую любовь –
все, все за золотым кастетом скрыто
и впрок, и загодя улыбчивых зубов…

1988

*** ***