Горсть песка

   От автора

Почему-то считается, что поэт обязан быть гуманистом. Но я ненавижу абстрактных и тем более незнакомых людей. При этом я люблю свою жену, детей, родителей, учителей, друзей и подруг. Именно к ним я обращаюсь с этой книгой.


    «В этот выходной
     Буду спать целый день," - мечтаю
     Уже три года..."

Исикава Такубоку


             ***
Невыспавшийся, злой, противный,
Я предлагаю вам, друзья,
Свой проявить азарт спортивный
И сочинять стихи как я:

Без аффектации, без позы,
И даже не дразня любовь,
Растить изысканные розы
В душе горячечной, как кровь.


        ДОРОГОЙ ЧЕСТИ


               ***
В который раз я ухожу из дома,
Чтоб не вернуться больше никогда,
Вступив на палубу парома,
В чей борт стучит холодная вода.

Прощай, родной, но позабытый берег!
Меня влечет мир призрачных теней,
Где я смогу надеяться и верить,
Что больше никогда не встречусь с ней.

Моя душа - пристанище мучений -
Теперь освободится от трудов...
А на земле родится новый гений
Для новых рифм и новых светлых слов.

                ***
Когда уходишь, громче хлопай дверью,
Чтоб знали все, что это ты ушел,
И чтоб она, поддавшись вновь безверью,
Сказала тихо: "Чокнутый козел!"

Чего тебе, дружище, не хватало?
Ее любви? А может, нелюбви?
И шепчешь ты: "Господь, опять сначала!
Благослови меня! Благослови!"

Но ты вернешься, знаю я, вернешься
К своей жене, любимой и простой,
Которая сквозь слезы скажет: "Леша!
Я так ждала тебя назад, домой!"

               ***
Милая меня лишила чести,
А затем лишила и покоя.
"Ты цветочик,"-говорила,-"Пестик
Мой твоей тычинкой я накрою!"

Я ценил покой душевный выше
Страсти всех утех и наслаждений.
"Ты цветочик,"-говорила,-"Ближе
Поднеси бутон свой на мгновенье!"

Я цветочек, но хочу покоя,
Я хочу на ветку словно птица.
"Милая,"-твержу,-"Сейчас завою,
Если хоть на час не дашь забыться!"

               ***
Отпусти меня, лето, в дорогу,
Я хочу затеряться средь трав
И услышать, как молятся Богу
Голубые бродяги-ветра,

Чтобы тонкие листья шумели
 В озабоченных кронах дубов,
Чтобы свечками плакали ели
Свою хвойную песню без слов,

Чтоб всю ночь незадачливо плакал
Мелкий дождик о милой моей,
Что меня довела до оврага
И домой возвратилась скорей.

Отпусти меня, лето, в дорогу,
Я пойду собирать по лугам
Медвяные кристалики сока,
Что еще не отдались цветам.

      ЛЕМБОЛОВСКОЕ ОЗЕРО

...И солнце спряталось за облака,
И дальний берег вновь накрыла тень,
И вновь бессмысленно висит рука,
Ей плавки подсмыкнуть опять не лень,

И ветерок  над гладью водяной,
И запах сосен влажен и колюч,
И ангел обалдевший надо мной
Летает, словно солнца беглый луч...

Родимый край! До горечи, до слез
Во мне стучит встревоженное сердце!
И если есть что-либо краше гроз,
То только по понятьям иноверца.

           ЧТО ИСТИНА?

Вторые сутки к ряду льют дожди,
И холодно на даче как в берлоге,
Я задержался где-то по пути,
И вот лениво думаю о Боге:

"Что истина?" - спросил меня Пилат.
"Не знаю," - отвечал ему лениво
Мой голос, как и много лет назад,
Когда я ждал ее нетерпеливо.

И вот дождался, снова потерял,
И снова встретил... Вечное движенье!
Как-будто с корабля скорей на бал
Меня несет подводное теченье.

Что истина? И снова стук  дождя
О нержавейку крыши и о землю.
О, Господи! Я раньше жил шутя,
И вот тебе, тебе лишь только внемлю!

Свежо блестит намокшая листва
И стекла, ослепленные водою,
Как-будто вспоминаются слова:
"Любимый, подожди, побудь со мною!"


                ***
Это было, я помню, в один из октябрьских дней,
Я сбежал от себя из колхозного мрачного поля,
Как от кары законной жестокий злодей,
И спасенному рай, а свободному вольная воля.

И у темной реки где-то возле безлюдных озер
Понял я, что навеки со мной эта темень,
Понял я, что навеки мне этот великий позор:
Просевать мимо борозды теплое влажное семя.

Я не знал, что любим, и что буду любить как пижон
Эту девочку с детскими синими слишком глазами
Я вошел и не вышел в слепой электрический сон
И опять поклонился своей всамомделяшней маме.

  МОЛИТВА

Пошли мне, Боже, холода,
Такие, чтоб ломило кости,
Чтоб люди не ходили в гости,
Пошли мне, Боже, холода.

Пошли мне, Боже, холода,
Чтоб я не вспомнил о дюбимой,
Чтоб жизнь текла все мимо, мимо,
Пошли мне, Боже, холода.

Пошли мне, Боже, холода,
И я скажу: "Спасибо, Боже!
Повержен я тобой, и все же
Ты сам пришел ко мне, сюда!"

    ЖАРА

Жара. Плюс двадцать четыре.
Я молча схожу с ума:
Хожу иногда по квартире,
Себя возбуждая сама.

"Прохлады!"-кричу,-"Прохлады!"
А тело кричит: "Любви!"
И многие были бы рады,
Сейчас я их позови.

Но ангел-хранитель в небе
Машет крылами в тиши,
И нет ничего нелепей
Прозрачной моей души.

   ПРИ СВЕТЕ ДНЯ

При свете дня ты не такая
Порочно-злая, как в ночи...
Тебя за плечи обнимаю
И говорю тебе: "Молчи!"

Ты тянешь губы, поцелуем
Меня желая наказать,
И я тебя к себе ревную
И злюсь, толкая на кровать.

Зачем ты сказочно прекрасна,
Когда нагая в свете дня
Ты говоришь мне слишком страстно:
"Любимый, в...и меня!"

    НЕЗНАКОМКА

Пора нам вспомнить Блока в Озерках,
В Шувалово пора нам вспомнить Блока:
Чуть выпьешь пива, сразу в двух шагах
Стоит он и кривляеться немного.

"Горячка белая!"- таков диагноз ваш.
"Скажи спасибо, незнакомки нету!"-
Добавит доктор: в пальцах карандаш,
В зубах сигара или сигарета.

Но я от эскулапа утаил,
Что девушку я вижу рядом с Блоком,
Я знаю, кто она, и нету сил
Бороться с безнадежным этим роком.

      ***
Где ты, дорогая? Я не знаю:
Может, рядом, может быть, и нет:
Ты уже достаточно большая,
Чтоб сама за все держать ответ.

Раз не близко, значит и не любишь,
Не со мною, значит надо так:
Ты меня когда-нибудь погубишь,
Потому-что я тебе чужак.

Но прощаю и прошу потомков
Не винить любимую ни в чем,
Потому-что память наша ломка,
И стоит старуха за плечем.

             ***
Все должно произойти случайно:
Мысль, любовь, рождение и смерть.
Милая, посмей коснуться тайны!
( Если ты осмелишься посметь.)

И когда поймешь, что нет в природе
Ничего прекраснее тебя,
Попрошу я у тебя свободы,
Словно не свободен я, любя.

        ИМЯ

Не любила, не ждала, не звала,
Только знаю: всех всегда прощала.

Выходила ночью на прогулку,
И стучало сердце громко, гулко.

И смотрела влажными глазами,
Словно спрашивала: "Кто меж вами

Мой единственный, родной, любимый?"
Но в ответ слыхала только имя.

  Ночной сонет

Не Беатриче, не Лаура,
И даже не Джульета ты,
Не дева горного аула,
Не извращение мечты,

Ты, что в объятиях уснула,
Моя награда за труды,
Моя возлюбленная, дура
И гений чистой красоты.

Спи сладко, милая моя,
Тебя не потревожу я,
Пусть левая нога устала,

И хочеться чесаться мне,
Ты улыбаешься во сне,
А это для меня немало...

         ***
Оправдывал дела твои,
Оправдывался сам как мог,
Старался сохранить любви
Нераспустившийся цветок.
Но видит Бог, не лгал напрасно,
Не предавал, не предавал,
И верил: истина прекрасна,
Как милой грешный идеал...

               ***
Любимая, меня вы не любили!
К чему вам лгать, особенно теперь,
Когда я плачу и зову вас или
Стучу в навеки запертую дверь.

Мне ваших глаз, мне ваших губ не надо,
Я не хочу чужого, но еще
Моя душа была б как прежде рада
Вас слушать, тяжело и горячо.

            Русский сонет

Ах, бессмертная княгиня Ольга,
Для чего вы мстили всем за мужа?
Он ведь был вам муженек и только,
Скажем так: бывают и похуже.

Не веселая досталась долька
Тем древлянам, но засохли лужи
Крови. А скажите стонов сколько
Слышали при этом ваши уши?

И послы сгорели в вашей бане,
И засыпали послов землею,
И летели голуби домой,

Поутру во тьме порою ранней,
И горели голуби смолою,
Возвращая смерть в предел родной…

   Честный сонет
Меня опять ведет дорога чести,
Туда, где я забуду о любви,
Туда, где не дождусь дурных известий,
Где я забуду подлости твои,

Не нужно мне ни почестей, ни лести,
Прошу одно: Господь, благослови
Меня забыть о проклятой невесте
И о ее неправедной крови.

Что мне любовь, когда вокруг измена,
И мир погряз в предательстве и лжи,
И нету друга, что прикроет спину,

И я твержу: "Не пережу вены,
И не продам нечистому души,
Но всех людей из памяти изрину!"


   ВОЗВРАЩАЮСЬ В АД


     ***
Куда стучать? В какие двери?
Какие стекла бить ногой?
И словно бешенные звери,
Терзают тени разум мой.

О, кто ты, вечный искуситель?
Ты сатана или Господь?
Тебя всегда я ненавидел,
Кто б ни был ты: душа иль плоть.

В личине президента или
В личине батюшки-царя
Твои глаза навек застыли,
Мне в сердце дерзкий взор вперя.

Убит ли буду на дуэли,
Или повешен за грехи,
Или помру в своей постели,
Но все едино: мы - враги!

              ***
Да, были раньше времена,
И я был счастлив, но теперь,
Теперь меня ведет дорога в ад,
Как за Вергилием когда-то Данте,
Спускаюсь я туда вслед за Россией,
Туда, где сплохи, и мрак, и преступленья,
Братоубийственные войны и насилье
Над каждым каждого,
                любого над любым,
И Беатриче новая исчезла
В крови и грязи прошлых поколений,
И плачет у дверей закрытых Данте,
И я его не утешаю...

               ***
Под огнем перекрестным разлуки
И случайной негаданной встречи
Я тянул обнаженные руки,
Я тебе положил их на плечи.

Ты в ответ не сказала ни слова,
Улыбнулась спокойно и просто,
Словно ждала чего-то другого,
И в глазах твоих плавали звезды.

Что мне делать еще? Я не знаю,
Я кричу: "Умертви меня, Боже!"
Словно смерть - это баба другая,
И она на тебя не похожа.

        ***
Здесь не слышно ветра и дождя,
Здесь не слышно бури и грозы,
Здесь будильник звякает, будя,
И мокры ресницы от слезы,

Здесь не слышно взрывов канонад,
Пулемет ручной здесь не строчит,
Только слух мой этому не рад,
Потому что слух мой инвалид.

Не буди меня старуха-мать,
Не зови на завтрак и обед,
Не хочу я покидать кровать,
Просыпаться мне охоты нет.

Пусть меня баюкают ветра,
И целует моросящий дождь,
Я любил и жил еще вчера,
А теперь на старика похож.

       День

День как день: мороз и солнце,
Кофе в чпшке весь допит,
И показывая донце,
Чашка белая стоит.

Что же ты грустишь, дружище?
Всем богат, всего достиг,
Не пройдоха и не нищий,
Прочитавший гору книг.

"Оттого грущу, приятель,
Что уж близок смерти час:
Похоронят в Петрограде
Скоро каждого из нас,

Ты и я в своих могилах
Молчаливо будем гнить,
И никто не скажет милой,
Продолжаем что любить."

     Ночь

Часом больше, часом меньше:
Ночь струиться сквозь меня,
И заснуть мешая мне же,
Шепчет: "Жизнь твоя - фигня:

Что ты сделал? Что придумал?
И чего, дружок, достил?
Не похож на толстосума,
И не понимаешь книг."

Отвечаю ночи я же:
"Был я честный человек,
И намерен дальше так же
Ум лелеять в голове!"

Но смеется ночь-злодейка:
"У безумца нет ума!
Впрочем есть одна идейка:
Я приду к тебе сама..."

             ***
Напрягаюсь всею силою:
Не могу себя спасти!
И песок струей не хилою
Быстро льеться из горсти.

Ах, часы мои песочные,
Не спешите убивать!
Есть дела на свете срочные
У успевшего устать.

Успевая все, что хочется,
Я не смог понять одно:
Делать ли дела и прочее –
Скоро станет все равно…

           ***
Когда морозный воздух слаще меда,
Когда на небе звезды, словно угли,
И чуствуешь, что вот она - свобода,
И гений ты, как царскоселец смуглый,

Не важно вдруг становиться, любим ли
Единственной, котрой быть любимым
Ты хочешь навсегда, навеки, или
Ей не любим, тебе необходимо

Одно: ты хочешь верить в Бога,
И в истину, и в идеал, и в вечность,
А это, если вдуматься, немного,
Как пить Вселенной
          сладостную млечность...

                Подражание Есенину

Я любил шары твоих колен
И волос упругую прохладу,
Но дождавшись время перемен,
Понимаю, лучше бы не надо.

Лучше бы не надо этих губ,
Что меня влекли и целовали,
Лучше б мой отравы полный труп
Той зимой навеки закопали.

Нежность и жестокость гложат мне
Душу, оскверненную развратом,
Словно сердце в розовом огне
Сдавлено, как прежде, Петроградом.

Человеки, кладези добра,
Почему насилуя невинных,
Забываете, была пора
Доблести мужицкой и старинной.

Погуляйте по свету пока,
Нелюди с холодными глазами!
Есть рассудок в теле дурака
И желанье резать вас кусками…

           ***
Там, где священник с археологом
Спор о жилплощади вели,
Под шум пурги, под ночи пологом
Мне говорили о любви:

«Сим удостоверяю: ночью
Вы были гостем сатаны!»
Прошла, не поднимая очи,
Не зная за собой вины,

Куда-то мимо, и документ
Мне подарил посыльный твой,
И я скорее б прежде умер,
Чем понял, что любим тобой.

Но крепок Бог, как в Риме Павел:
Ни археолог, ни дьячок
Не знали игор наших правил,
Но их нам заповедал Бог.

И если я еще не умер,
То только лишь из-за того,
Что ты являешься в костюме
Ночного бреда моего…

  Подражание Тютчеву

Сверяя по часам вселенной
Свои поступки и дела,
Храню огонь души нетленной,
Как хлеб на краешке стола:
Еще немного и потухнет,
Еще немного, упадет...
И смерти час внезапно стукнет,
И час забвения придет.

        ***
Как камень падая с утеса,
Я думал: неизбежна смерть:
Мои мозги расплющит в розу
Земная каменнная твердь,
Как символ неземного счастья,
Моей любви к тебе, дружок,
Та роза будет розой страсти,
Что растеклась у милых ног.

   Безумный сонет

Как алый мак, отравой полный,
Мой разум бредит наяву,
И словно грешник в час застольный,
Я только разумом живу.

Куда пойду, безумец вольный?
Куда деваться мне? В Неву,
В ее отравленные волны
Быть может, как в постель,  вплыву.

Нелепа мысль найти забвенье,
Еще нелепей утешенья
Любимой глупенькой моей.

Ее слова: "Не надо плакать!
Чтоб жить, нам всем нужна отвага!"
Ей подсказал наверно змей.

      ***
Была классической октава,
И в два катрена превратилась,
Как-будто класики отрава,
В нарядный модернизм влюбилась,

И модернизм поник от боли,
Отравленный, как глупый муж...
А где же соль? А нету соли!
Одна классическая сушь.

          ***
Что я могу и что я вправе
Сказать о будущем своем?
Что я стремлюсь к богатству, славе?
Хочу иметь жену и дом?

Нет, я скажу другое, бэби,
развязку этим торопя,
Что и на самом светлом небе
Я не смогу забыть тебя!

                ***

                Мудрецы минувших дней,
                Громогласные пророки,
                Вы, что были всех мудрей,
                Вы, что знали все о Боге,

                Где теперь ваш прах лежит?
                Где же нынче ваша слава?
                Остается только стыд,
                Словно горькая приправа.

                И в безглазых черепах
                Воет ветер в диком поле,
                И теперь лишь детский страх
                Подчиниться вашей воле.

Мудрецы минувших дней,
Обнаженные до кости,
Не спешите спорить с ней,
Не противьтесь смерти, бросьте!

     СТАНСЫ

Не знаю, друг, который раз
Я вспомнил о тебе,
Я вспомнил об улыбке глаз,
И о твоей судьбе,

Нет, ты конечно не герой,
Не жертва, не палач,
И все же рвется голос мой
Наружу, словно плач.

Мы были по-просту друзья,
И не вернуть тех лет,
Где ты не был ученым, я
Не был еще поэт.