Мальгама и паранойя

Фатализм, мальгама и паранойя.
Остальное для остальных
Мой ГекльберриФиннь’о
Я твоя Берегиня у моря.
Я твоя нальдинь’о.
И жду прилив.

Я твой дух и не имею формы
Пока сплю
Надо мной
Клубочатся две змеи
Одна размещает предметы в поэзию света
Вторая ведет принцесс в башни и маяки

Там одни умирают с любимых руки.
У вторых в ногах мертвые моряки
Поэзия бегства. Хлесткие вёсла.
Черные дыры
К ним вынужденные шаги.

Холодные губы
Тёплые души и сапоги.
Зелёные коридоры.
Светят сквозь жалюзи.

У этой сказки заострённые уши
С сознанием двойки, в игру эту не зайти.

Сознание девять с бипером не найти.

Берегиня молчит. Терпение топит льды.
Океанами тихими.
Пальцами громкими.
Тучи басуют
Клавиши и лады.

Горят города у воды.

Там стены кричат о моей
Невдалой любви.
И висит над Москвою
созвездие «гончие псы».
Ты спалил все мои многотонные письма
Теперь им тебя
По запаху не найти.

Оттолкнись этой ночью
От гОрсти таблеток
Долети до туго натянутой тетевы.

Я тебя отпою
Я тебя с упоением укрою.
Как только Мария,
Меня вычленит из земли.

Как только она отделит мое тело,
От слез перегноя травы.

Стрела пролетит
Снимая Епетрахиль.
Вулканы-кадила.
Опиумные дары.
Капли крови на льдине.
Вечные снежные сны.

От Петра с надеждой и светом
Поют песни про верность
Мартовские коты.

Они знают чем мучать.
Они кормятся правдой с руки.

Ты прильнёшь ко мне душной
Отравленной тучей.
Не ясны теперь речи твои.