Я так давно пишу тебе письмо
Что многое заметно изменилось:
Залив и обмелел, и пахнет илом,
И выглядит, как пыльное трюмо.
Прелюдия к безмолвию — везде.
Она, таясь в листве и птичьем пенье,
По белоснежным клавишам-ступеням
Каденцией спускается к воде.
Таким галопом проскакали дни,
Что сказки стали безразличны внукам.
И только книги просятся на руки —
Страницы смежив, засыпать на них.
Я так давно пишу — за годом год, —
Что выцвели чернила первых строчек.
Растрёпанность приобретает почерк,
А время — неразборчивость его.
Слова — к словам, а дни — к прошедшим дням,
К волне — волна. И ты, порой под вечер
Набросив плед на зябнущие плечи,
Читаешь продолжение меня.
Я, авуаров проведя осмотр,
Опять скажу, что ты первостепенна
От марша Мендельсона до — Шопена,
Пока в конверт не вложено письмо.
Свидетельство о публикации №125030101618