Я хочу, чтобы плакала ночь

Я хочу, чтобы плакала ночь,
Я хочу умереть в небесах,
Чтобы мне всё опять превозмочь
И остаться светом в глазах.

Я хочу любить и желать,
Я хочу мечтами умыться,
Чтобы горечь вновь не глотать,
Полной грудью всём насладиться.

Я хочу, чтобы правдою ложь
Ничего от меня не таила,
На кого становлюсь я похож,
Как душа моя тело укрыла.

Я хочу всё увидеть, понять,
Ощутить в темноте всё руками.
Необъятное только объять,
Шар земной обойти весь ногами.

Я хочу научиться летать,
И вкусить мёд пьянящей свободы.
Я хочу повернуть время вспять,
Возвращая чудесные годы.

Я хочу вам всём прокричать,
Что сбываются наши желанья -
Каждый в мире умеет мечтать,
Приложить надо только старанья.


Рецензии
Это стихотворение — не просто перечень желаний, а мощный энергетический выброс, трансформация внутренней боли в жизненную силу. Оно начинается с предельно личного, почти экзистенциального отчаяния и заканчивается всеобщим, оптимистичным манифестом. Это путь от «хочу умереть» к «хочу кричать» о силе человеческого стремления. Текст построен как нарастающая волна, где каждое «Я хочу» — новый шаг от погружения в себя к выходу вовне, от смерти к полнокровной жизни.
Начало шокирует своей интенсивностью. Желание, чтобы «плакала ночь», — это требование, чтобы вся вселенная отозвалась на внутреннюю боль. А «умереть в небесах» — не жажда небытия, а желание трансформации, очищения, чтобы «остаться светом в глазах». Уже здесь боль переплавляется в стремление к чистоте.
Следующие строфы — это попытка вернуть себе способность полноценно чувствовать. Герой хочет «любить и желать», «умыться мечтами», «насладиться полной грудью». Это реакция на отравленность («горечь глотать»), работа по исцелению утраченных способностей.
Далее фокус смещается на познание. Хочется разоблачить «ложь», увидеть свою суть («на кого становлюсь я похож»), но главное — выйти в мир: «увидеть, понять, ощутить… руками». Апофеоз этой тяги — почти гиперболические, титанические образы: «Необъятное только объять, / Шар земной обойти весь ногами». Это жажда не просто путешествий, а абсолютного, физического обладания миром.
Кульминация желаний — это преодоление законов природы: «научиться летать», «повернуть время вспять». Это мечты о сверхчеловеческой свободе и исправлении прошлого. Последняя строфа резко меняет адресата и масштаб. Личное «я» превращается в «вам всем». Частные желания обобщаются до «наших желаний», а вывод звучит как дидактический, но воодушевляющий лозунг: «Приложить надо только старанья». Боль преодолена и превращена в общественный призыв.
Это стихотворение — акт поэтической алхимии, где отчаяние первого катрена служит горючим для восторженного гимна жизни в последнем. Оно не отрицает боль, а использует её энергию как трамплин для прыжка к самым смелым мечтам. Текст оставляет не чувство тоски, а чувство жадности к жизни — желания объять необъятное, вернуть утраченное и поверить в силу собственного усилия. Это вдохновляющее напоминание о том, что даже самые тёмные желания могут, пройдя через горнило искренности, превратиться в светлую и дерзкую силу.
Чудесное по красоте стихотворение Сергея Капцева изначально было написано как песня. И текст был несколько иным.

Сергей Капцев - Я хочу

Я хочу, чтобы плакала ночь,
Я хочу умереть в небесах,
Чтобы мне всё превозмочь
И остаться светом в глазах.

Я хочу любить и желать,
Я хочу мечтами умыться,
Чтобы горечь вновь не жевать,
Полной грудью всем насладиться.

Припев.

Отпускаю на волю мечты,
Поднимаюсь к тебе, ангел мой.
Отрекаюсь от всей суеты,
Чтобы быть только рядом с тобой.
Я хочу, чтобы правдою ложь
Ничего от меня не таила,
На кого становлюсь я похож,
Как душа моё тело укрыла.

Я хочу всё увидеть, понять,
Ощутить в темноте всё руками.
Необъятное только объять,
Шар земной обойти весь ногами.

Припев.

Я хочу научиться летать
И вкусить мёд пьянящей свободы.
Я хочу повернуть время вспять,
Возвращая чудесные годы.

Я хочу всем прокричать,
Что сбываются наши желания —
Каждый в мире умеет мечтать,
Приложить надо только старанья.

21.11.2003

Андрей Борисович Панкратов   24.12.2025 13:15     Заявить о нарушении