Воздух пропитан печалью
близостью долгой зимы.
Там, за заснеженной далью,
вряд ли увидимся мы.
Не предвещает иного
тёмная вьюг ворожба,
да и медведем в берлоге
спит беспробудно судьба.
В пёстрых расцветок одеждах,
скроенных майским портным,
свойственных больше надеждам,
лучше форсить молодым.
А с сединою уместней
снежно-сребристая масть.
С возрастом всё бестелесней,
всё беспредметнее страсть.
Всё безымяннее вёсны.
А ведь в начале начал,
их открывая, как звёзды,
каждой я имя давал.
Каждой - ярчайшею зваться -
было недолго дано,
но в персональные святцы
имя любой внесено...
Вьюга метёт за спиною
и ворожит над былым.
Снежной грозит слепотою
памяти длительность зим.
Вот и увидимся вскоре,
словно слепой со слепым,
о неувиденном споря -
там, где любой аноним.
Свидетельство о публикации №125022202732