Волчий яр. Часть 2-я
Две минуты прошло, как мгновение,
Когда от страха закрыл я глаза.
Лишь подумав с большим сожалением,
Что не всё в этой жизни познал.
Горькая мысль потянула, как камень:
«Так мало успел я на этой земле»…
Но пока жив, не разорван волками,
Или это лишь чудится мне?
Может я уж в раю? Хочется верить,
Что если не там, то хотя б на пути.
Правда, где этот рай? Путь к нему не измерить.
И простыми шагами туда не дойти.
Сожаленье сменилось обидой:
Как же так: вот я взял, и пропал.
Так не согласен. И очевидно
Надо, чтоб меня кто-нибудь поискал.
Чтоб нашли бы меня, например, послезавтра
А не когда я оттаю весной.
(Уж если попал к зверям я на завтрак,
То зачем потом мне такой долгий простой.)
Чтоб останки мои подсобрали,
Унося с этих проклятых мест.
И чтобы в церкви потом отпевали,
А не просто поставили крест.
За обидой вдруг пришло безразличье…
Снег морошкою сыпал в лицо.
И тогда, играя, как с дичью,
Волчья стая сомкнулась в кольцо.
Сквозь чуть-чуть приоткрытые веки
Я увидел, как матёрый вожак
Прыгнул первым. На человека
Нападать видно знает он, как.
Оскалённая хищная морда,
И темно-серые злые глаза…
Но вместо того, чтоб вгрызться мне в горло,
Он вдруг руку начал лизать.
Не вцепился мёртвою хваткою,
А по щенячьи завыл-заскулил,
И большую лапу лохматую
На колено мне положил.
И за ним вдруг вся стая поднялась:
Хвостами виляя, меня сбила с ног.
Вот – волчица щеку облизала,
И совсем ещё юный щенок.
И тогда память моя подсказала,
Что в детстве прадед мне говорил:
Кудеяра семья наша знала,
Он кумом его прадеда был.
Вот такая случилась промашка -
Уже с жизнью прощался, ан нет:
Не потому, что родился в рубашке,
А есть вот такой семейный секрет.
Получается, для Кудеяра
Хоть не по крови, но я всё ж родня.
Знать, неспроста, он привёл меня к яру,
А чтобы волки признали меня.
Свидетельство о публикации №125022108902