Отлично. 2015 2017

  // В фильме старшая сестра ваша героиня играет на гитаре. Вы действительно это умеете или только изображаете?
– Знаете, у меня непонятная убеждённость в том, что я отлично играю на скрипке. Дабы остаться в этом прекрасном заблуждении, я скрипку никогда в руки не брала. (Татьяна Васильевна Доронина, род. 1933, советская и российская актриса театра и кино, театральный режиссер, художественный руководитель МХАТ им. Горького с 1987 года, народная артистка СССР).//
У меня непонятная убеждённость  (и в том нет ошибки), ;Что я отлично играю на скрипке. ;Дабы остаться в этом прекрасном заблуждении, ;Я скрипку никогда в руки не брала и не находилась в сомнении!  ;Но ведь и Шерлок Холмс, великий по уму и по душе,;Играл лишь для того, чтоб думать лучше.;А мог и не играть на нервах и на скрипке тоже,;Чтоб Ватсон про себя не говорил: о, боже....;А не играть на скрипке, думать в тишине –;Не меньше наслажденье, чем купаться воробьишке в луже!
   Если наблюдать большую росу с вечера
и утром, что пропадает за два часа с восходом Солнца,
и при этом  на улице нет ветра, 
тогда погода нас порадует ясным и прекрасным солнечным днём!
Бывает, что эта роса никак не хочет пропадать
и отлично  висит на  листочках травы и деревьев –
это явный признак дождя в этот день (даже может и к грозе).
Утренняя  умеренная роса с туманом –
говорит об отличной погоде  в течение дня.
А если роса выпала только к утру,
то дождя до обеда точно не жди.
Можно приметить один факт из природы,
когда вечером нет стелющегося тумана и нет росы,
то это явный признак ночной грозы.
В природе есть такие дни,
когда росы на траве не жди –
нет ни вечером, ни утром у природы –
вот тогда точно нужно ждать  ухудшение погоды.
// Леонид Леонов. Русский лес. (Отрывок).
Утренняя  умеренная роса с туманом говорит об отличной погоде  в течение дня. А если роса выпала только к утру, то дождя до обеда точно не жди.//
    //Хотя красота Клеопатры* не была такой, что зовётся несравненной и поражает с первого взгляда, зато обращение её отличалось неотразимой прелестью. Сами звуки её голоса ласкали и радовали слух, а язык был словно многострунный инструмент, легко настраивающийся на любой лад. (Плутарх  из Херонеи, ок. 45 – ок. 127) – древнегреческий философ, биограф, моралист.)//
Хотя красота Клеопатры* не была такой,
Что зовётся несравненной,
И не поражает с первого взгляда красотой,
Зато обращение её было для слуха приятнейшей вестью
И отличалось неотразимой прелестью.
Сами звуки её голоса ласкали и радовали слух в любой момент,
А язык был словно многострунный инструмент,
Легко настраивающийся на любое наречие, на любой лад.
И это только малая часть того, когда рядом с ней находился и был этому рад!
Она отличалась огромным обаянием, привлекательностью,
Отлично пользовалась этим для обольщения и пользовалась словесной лестью,
Вдобавок обладала зачаровывающим голоском
И блестящим, острым умом.
Её облик, сочетавшийся с редкою убедительностью речей,
С обаянием, сквозившим в каждом слове, в каждом движеньи, во взоре очей,
Навсегда врезался в душу –
Каждому, кто её слушал…
Клеопатра явно имела хорошее образование,
Которое, наложившись на её природный ум, потом
Дало превосходные результаты:
Клеопатра стала настоящей царицей-полиглотом!
Она владела, помимо родного греческого языка, египетским,
Арамейским, эфиопским, языком берберов, ивритом и персидским.
Её лингвистические способности не обошли и латынь. Но главная из затей:
Она подарила Марку Антонию и Цезарю четверых детей!
Клеопатра обладала такой красотой, что многие мужчины, видя её очи,
Своей смертью платили, лишь бы обладать ею в течение одной ночи.
(*Клеопатра VII, 69-30 годы до н. э., жена Марка Антония, возлюбленная Юлия Цезаря. От Цезаря имела сына, от Антония двух сыновей и дочь.)
   Ты лишь в прекрасное влечёшь меня и знаешь:
Только  там – отлично!
Ты к остальному  абсолютно безразлична!
   Ты отлично знаешь, что только безумная страсть, которую испытываю я,
помогает мне переносить весь ужас моего нынешнего положения, –
мне суждено или любить без памяти, или умереть от горя.
Ты видишь сам: я права, решив серьезно поговорить о том, от чего зависит счастье всей моей жизни и наша доля.
// По строкам Жан-Жака Руссо. Письмо XXXV. От Юлии. //
      Ты нарушила все свои обещания!
Во-первых, ты не надела своих украшений, а сама отлично знаешь,
что без них твоя красота всего опаснее.
Во-вторых, твоя манера держаться так мила, так скромна,
так подчеркивает твою прелесть, ты всех прекраснее –
тобой не налюбуешься вдоволь,
хотя так и хочется просить: любоваться ещё позволь.
// По строкам Жан-Жака Руссо. Письмо 47. К Юлии.//
  Друг мой, ты боишься потерять меня, а говоришь со мной о пении!
Право, это – изрядный повод для раздоров между любовниками,
не столь хорошо понимающими друг друга в нетерпении. 
Ты и вправду не ревнив. Теперь я, пожалуй, не стану ревновать,
 ибо я постигла твою душу и чувствую, как в ранней юности,
как велико твоё доверие, которое другие могли бы счесть за признак холодности.
О, сладостная и отрадная уверенность, порождённая чувством полнейшего душевного единения!
Именно благодаря ей ты черпаешь в своём сердце отличное доказательство верности моего сердца,
без сомнения;
именно благодаря ей и моё сердце отлично оправдывает тебя
и, если б тебя волновала ревность, я бы сочла, что ты уже не так сильно влюблён в меня.
// По строкам  Жан-Жака Руссо. Письмо 49.   От Юлии. //
       В трудную зимнюю пору жизнь отлично умеет притворяться мёртвой.
Будто и не было её близ земли.
Замерли травы, кусты и деревья. Замерли, но не умерли.
Под холодным покрывалом снега они таят могучую силу жизни –
силу расти и цвести, создавать лепестки-малышки.
Сосны и ели хранят в сохранности свои семена,
крепко зажав их в свои кулачки-шишки.
// По строкам В. Бианки. Лесная газета №10//
       На арене – морские львы Лео, Пицци и Васька. Внешне они красивы и просты.
У них, как и у тюленей и моржей, вместо ног – ласты!
    В морях, где водятся эти животные, они чувствуют себя отлично, 
к любым движениям неприхотливы,
но на суше они становятся неуклюжи, неповоротливы,
здесь ведь – не морские дороги,
да и ласты – это всё-таки не ноги.
//По строкам: В.Л. Дуров. Мои звери. МОРСКИЕ ЛЬВЫ //
     Бишка отлично исполняла мои приказания. Я, например, приказываю ей, наклонившись слегка:
Пойди в ложу, вон к тому военному, и возьми его за третью пуговицу сюртука.
Бишка бросается в ложу и в точности всё исполняет.
Я обращаюсь к публике, которую Бишка удивляет:
Моя Бишка – прекрасный музыкант!
Пускай кто-нибудь скажет, какую ноту взять на рояле? Из публики кричат: Талант!
Кроме Бишки, у меня была ещё такса Запятайка.
Она тоже была неплохим математиком. И к тому же она отлично знала географию.
Она уж не спутает Каспийское море с Балтийским, превосходя в этот иную волшебную фею! Будьте любезны, уважаемый профессор Запятайка, – обращаюсь я к таксе, –
укажите нам, пожалуйста, где находится Белое море, а то мы не знаем моря все.
«Профессор» Запятайка бросается к разложенной на арене карте и лапой, и мордочкой указывает Белое море.
Публика хохочет, но я говорю вскоре:
Сразу видно, что «профессор» бывал на Севере! Он, наверно, и Северный полюс открывал!
Запятайка – знаменитый полярный путешественник! Всюду бывал!
//По строкам В.Л. Дурова. КАШТАНКА, БИШКА И ЗАПЯТАЙКА.//
        … Жалко! Учёные журавли! Ну, разве их теперь поймаешь!
И посмотреть, как танцуют, не пришлось.
Жалко было журавлей до невозможности, но увидеть их больше не удалось.
     После журавлей у меня появилась другая замечательная «танцовщица» –
обыкновенная рябенькая курочка, на которую приходили дивиться.
Уроки танцев начались у нас с того, что я приручил её к себе.
Она стала смело брать из моих рук корм – от этого было много проку:
водя около клюва приманкой, я приучил её перевёртываться на одном месте,.
Когда курочка усвоила этот приём и научилась «вальсировать», мы перешли к следующему уроку.
Я насыпал на стол слой земли и на глазах у курочки
закапывал туда кусочки мяса, зёрна овса и многое другое.
Курица лапками разбрасывала землю, стараясь достать пищу в земле.
Так я приучил её плясать на столе.
Потом я перевёл её на гладкий стол, без земли. Она отлично танцевала под музыку,
словно её понимает.
У меня был музыкальный ящик. Если его заведёшь, он сам играет.
На этот ящик я ставил рябенькую курочку и заводил его, представляя публике искусство  её.
Как только раздавалась музыка, курочка начинала вертеться на одном месте,
как бы вальсируя под неё.
Когда музыка прекращалась,
курочка переставала танцевать и сама в клетку возвращалась!
// Таланту Дурова. Журавли-танцоры и курица-босоножка.//