Фёдорыч и газ-контроль

Шла крещенская неделя. 21 января Фёдорычу исполнилось восемьдесят семь лет. Он чувствовал, что силы убывали, и голова стала подводить.

Днём, захотев попить чаю, обнаружил, что бабка забыла закрыть термос, и чай безнадёжно остыл. Фёдорыч зажёг газ и поставил пластиковый термос на плиту. Дно расплавилось. Фёдорыч сообразил, что что-то тут не так, и выключил газ...

Тем временем бабка искала унитаз в ванной. Она напрочь забыла, что туалет и ванная комната были раздельными. Схватив ведро и наложив туда колбасу, она запрятала его в тазиках. Запачкав ванну, раковину, свою одежду, она пошла в комнату, по пути метя плохо промытыми руками всё, к чему прикасалась.

Вечером, вернувшись с работы и войдя в квартиру, дочь по запаху почувствовала, что мама опять утроила ей праздник. Зайдя на кухню и увидев пластиковую абстракцию на плите и разлитый чай на полу, который пытались замыть, она поняла, что праздник станет двойным.

– Ё-моё!!! Мама!!! Папа!!!

А крещенская неделя шла... Фёдорыч каждый день боролся с газовой плитой, пытаясь правильно зажигать и выключать газ. Получалось через раз. Дочь кричала на него, просила не трогать плиту, перекрывала газ вентилем, он обещал не подходить к плите, но всё повторялось.

– Это не я, это не я! – кричал Фёдорыч, когда в очередной раз дочь, вернувшись с работы, бежала на кухню, перекрывала газ и распахивала форточки.

– Бес что ли испытывает меня, если не ты? Взорвёшь квартиру! Спасает, что окна деревянные, сквозит, и двери на кухне нет. Всё, с  меня хватит, завтра пойду за новой плитой с контролем газа...

Строгий чёрный «Гефест», вернее «Гефеста», была куплена и доставлена в тот же день. Продавцы вошли в положение. Вошёл в положение и газовщик, установив плиту вне очереди на следующий день, за щедрое вознаграждение, конечно.

Пока дочь выносила упаковку, Фёдорыч пробрался к плите... Газ-контроль не подвёл.

– Да гранаты у неё не той системы, не зажигается, но ничего, я ещё зажгу! – подумал Фёдорыч.