В шепчущем лесу

Заснеженный лес за окошком,
Звенит желтой стаей синиц,
В его волшебстве первозданном
Вся сила эльфийских цариц.
По снегу иди осторожно
За мышью следит пустельга,
И филин вздыхает: "Как можно
Будить среди бела-то дня!"

Чуть дальше углубишься в чашу,
И нет больше птиц и зверья,
Здесь флейта чарующим звуком
Влечет в Лукоморье тебя.
И нежные снежные импы,
Танцуют средь белых холмов,
И в старых курганах-могилах,
У витязей тысяча снов.

На озере тонкий зеркальный
Хрустящий на солнышке лёд,
Кружись в хороводе русальем
И пей поэтический мед.
В лесу этом тайна на тайне,
И звонче монеты струна,
Поют о стране чужедальной
Владычицы снежного дня.

И хлопают ели в ладошки,
Сгребая снежки с рукавиц.
И вьюжные белые мошки
Осядут на крылья ресниц.
Средь чащи, в горячих купальнях,
Где бьётся термальный родник,
Агиски конем или парнем
В волшебный откроются миг.

И в центре лесной глухомани,
Средь белых, как свечи, берез,
Стоит, опираясь на посох,
Высокий и статный Мороз.
И льется из горла жалейки
В преддверии смертного сна
Метели щемящие звуки -
Завьюжено воет зима.

(с)Nataly Isupova