Конвой

Мелькают села, полустанки…
Январь лютует за окном.
Товарки мимо катят санки,
Вагон забылся чутким сном…
А между Омском и Тюменью
К составу, что на Уренгой,
К его хвосту суровой тенью
Подцепят с зеками конвой.
«Столыпин» – словно прокажённый,
Причина горьких слёз, мольбы.
В плевках проклятий заклеймённый –
Изгой вселенской нелюбви…
К нему повышено внимание
Со стороны чинов, спецов,
Под напряжённое дыхание,
Под лай и визг хрипатых псов.
На взгорке рядом автозаки:
Живая цепь – «пошёл этап!» –
И холки вздыбили собаки,
И снег скрипел под прессом лап.
Тащили скарб нехитрый зеки
Под автоматные стволы…
Эх, горе… Горе-человеки –
Вы жить на воле не вольны!
Кто гонит тощих и безусых,
Двадцатилетних пацанов –
Блондинов, рыжих, тёмных, русых –
От матерей и от отцов?
По тюрьмам, по гнилым баракам
Туберкулёзных И-Тэ-Ка,
Слезам навстречу, боли, страхам,
Одно вам имя есть – ЗЕКа!
…Колёса в такт дробили стыки,
Состав спешил на Уренгой.
Пейзаж январский стал безликим:
Ведь там, в хвосте – конвой…
Конвой!