Домовой

Собралась пятиэтажка:
Коренные горожане,
Арендаторы, а также,
Хутороиды-селяне.

Яжематери-сутяги,
Приподъездные бабульки,
Алконавты и трудяги,
Овуляшки и женульки.

Выбирали общим гласом
Главного вершить делами,
Возникающими часом
Между ЖЭКом, ну и нами.

Домовой один был. Даже
Был представлен комитету.
(Есть ведь выборы и гаже,
Например, когда их нету).

Два часа, и три, и восемь
Продолжалися дебаты:
Кто вещал про зиму-осень,
Кто про низкие зарплаты.

Кто про лёд в восьмидесятых,
Заморозивший весь город,
Про худых и про пузатых,
И про два кило декора.

Обсуждали ход романов,
Мировой рецепт закруток,
Осуждали наркоманов,
И конечно проституток.

Домовой, в углу дремая,
Слушал тёрки краем уха.
Наконец он, привставая,
Рот открыл, собравшись духом.

И промолвил, так, без спешки:
Знаете, скажу вам сразу,
Вашу ОСМДешку
Я видал в гробу, заразу.

С чёрной нечистью из ЖЭКа
Вы общайтесь лучше лично.
Упырей закукарекать
Вам раз плюнуть на отлично.