патриотическая депривация

Пока вода не превратилась в лёд и третий глаз наполовину зорок,
Я всё продам и сяду в самолёт, в Тегусигальпу на семнадцать сорок.
Наш борт, как кит, всплывает из глубин, но ведая воздушные маршруты,
Пилоты не выходят из кабин, от пассажиров пряча парашюты.
Стюарды носят кушанья в салон, к курятине положена папайя.
Вот интересно, что б сказал Солон, над облаками в кресле утопая?
Ну улечу я от родных ворюг в места чужие, где другая раса.
Не ждёт меня американский юг, а в нём конкретно - земли Гондураса.
Пусть входит он в моё число Гуа, туда, куда судьба бы дохромала.
Но чувствую, что Никарагуа мне светит, или даже Гватемала.
В моей крови живёт Сковорода и нрав крутой, как склон непальской Тенжи.
Я не люблю большие города, они мне, впрочем, тоже платят тем же.

Чтоб я свинцом вас не фаршировал, сидите смирно. Просто перейду, мол.
Эй, командир! Крути назад штурвал. Летим обратно, я, блин, передумал...,

  24.  01.  2020.