Кн. Ольга. Глава 93. Испытание самолюбия и гордост

Танцовщицы, полуобнажены,
всех во дворце там развлекать должны.
И Ольге вдруг подумалось, - у нас
и нравы чище и добрее глаз.

Конечно, коль желание придет,
разденутся и наши. Но раз в год
бывает , на Ивана Купала.
Для всех, все время вряд ли бы смогла

любая дева наша обнажить
себя, тем более так дальше жить.
Конечно, нет у нас таких дворцов.
И насчитала здесь без лишних слов

с десяток дивных кресел золотых.
Но нету и потребности ведь в них.
Из золота посуда, серебра.
Она в дорогу-то едва нашла

большое блюдо золота, оно
диамантами прекрасными полно.
И раз уж захотела покрестить
она себя, пусть так тому и быть.

Святой Софии храм ей будет рад,
туда она и сделает свой вклад
и это блюдо им преподнесет,
а душу свою вечную спасет.

И денег мало в Киевской казне.
А это ведь всегда было в цене.
И новых испытаний ей черед
Багрянородный исподволь несет.

В конце обеда, хоть не говорят,
всех россов щедро золотом дарят.
Миллиаризии... сужденье есть,
коль их на наши деньги перевесть,

то 30 - два червонца золотых,
да с половиной. Подарили их
Добрыне,  первому богатырю.
" Боярынь я ведь тоже одарю,

по 20 византийских каждой дам
и всем 20 княжеским послам
и даже всем купцам." Григорий наш
был одарен и все. Кому не дашь ,

кто к императору был приглашен?
А после и обед был завершен.
Княгиню нашу, слов не подберу,
ведь тоже подозвали ко столу.

И ей вручили среди остальных
на наши 43 ведь золотых.
И самолюбие уязвлено.
Не нищие мы, ясно ведь давно.

Какая-то была в этом игра.
Вот если бы тогда судьба дала
икону, украшения... ну что ж?
Но деньги... Не откажешь и возьмешь.

Она спешила поблагодарить,
а после уж Григорию твердит:
" Убогие мы, что ли, деньги брать?"-
" Не спорь, таков устав, и подыграть

старайся Константину. Не беда.
А деньги ведь не лишние всегда."
Как только от столов все отошли,
так тигра, чтоб всех развлекать , ввели.

Бенгальский кровожадно так рычал,
что каждый глаз невольно закрывал.
А Ольга прямо близ четы сидит,
и ей Багрянородный говорит:

"На корабле из Индии везли.
И не решились люди, не вошли.
Один лишь раб  отважился войти,
разорван был на части. Но, к чести, 

приехал дрессировщик и помог.
Никто другой с ним сладить бы не смог..."
Для Ольги сама Индия была
страной, где сказка вечная жила.

Тридцать три воина тотчас вошли.
И видно, сыновья нашей земли.
Сиянье голубых славянских глаз
и рожь, что в волосах, опять на раз

напомнили о Родине родной.
"Рабы моей страны передо мной,
верней,их дети выросли давно.
Бороться им судьбой присуждено,"-

подумала княгиня. Те идут
и к Константину гордо подойдут
и здравицу ему произнесут.
Ну а потом, как странно это тут:

" Да здравствует княгиня всей Руси
и Киева, Господь ее спаси!"
По-русски, неожиданно. И вот
с ней Константин такую речь ведет:

" Нет, не рабы, а те, кто здесь живут.
И гордость моей гвардии вся тут..."
И поклонились воины и ушли.
К княгине мысли в голову вошли,

что знают все, какие воины мы,
и знают, что не надобно войны
с богатырями. Дружба в самый раз.
То с Византией примиряет нас...
23.12.2024