НЛО

Сегодня, пробираясь огородом,
На сене старом, за гумном,
Вот будь я высмеян народом,
Нашел тарелку с существом.

Большая сволочь из цветмета,
Мигает лампочками ярко,
Окошко копотью одето,
И рядом находиться жарко.

Открылся люк со скрипом страшным,
Оттуда вылез гуманоид:
«Я путешественник бесстрашный,
Но вот попал под астероид...»

Куда попал, скажи на милость?
И далеко ли до Центавры?
Пробило бак, в рулях болтливость,
И бродят ли у вас кентавры?

Ну наварил пришелец кашу,
Какие, к черту, конолюди?
«Земля!» — кричу. — «Планета наша!»
А мы, как видишь, просто люди.

Центавра в душу мне не впилась,
Прям не скажу, наверно, далеко,
И коль бутылка не разбилась,
С тобой мы выпьем заодно.

Наш самогон от бабы Нади
Плескался жижей мутной в таре,
На отрубях и винограде,
Его налил я, словно в баре.

Пришелец долго сомневался,
Крутил зелёный с красным нос,
Но духом всё же подобрался,
И я сказал прекрасный тост:

«Давай, братуха, за удачу, что ты живой и не убился,
Что в этом мире так удачно
Ко мне на стог ты приземлился».

Он выпил, бедный, поперхнулся,
Зашёлся хрипом странник неба,
Потом вдохнул и оглянулся,
Он стал сейчас белее снега.

Не каждый может с непривычки
От первака в строю остаться,
Не съехать сразу на больничку
И по земле не распластаться.

«Мужик, горжусь тобой, давай за встречу», —
И по второй налил душевно.
Сейчас его я обелечу,
Он выпил, но уже степенно.

«Мне литров двести надо точно», —
Сказал пришелец, выдыхая.
«Поверь мне, надо очень срочно,
Я только баки подлатаю».

На топливе таком шикарном
Я до Центавры долечу,
На звездолете планетарном
Тебя, дружище, прокачу.

Я отказался, страшно всё же,
Я восемь раз за топливом сгонял,
Залили бак, да и пустым лететь не гоже,
Ему в дорогу сала дал...

Он улетел, но обещал вернуться,
Теперь хожу я за гумно,
Смотрю печально в ночь, боюсь пошевельнуться,
Да топливо глотаю заодно...