След

Скажи: ужель одна могила
Ничтожный в мире будет след
Того, чьё сердце столько лет
Мысль о ничтожестве томила?
И мне покойну быть – о нет!

М. Ю. Лермонтов


Стержень западной диурнической личности (по Жильберу Дюрану) – в преодолении смерти, в победе над ней любой ценой – путём крайнего напряжения сил, риска, страданий, а иногда и громкой гибели. Человек стремится во что бы то ни стало совершить нечто великое, исключительное – в той области, которую он для себя избрал. Литератор хочет создать шедевр и требует у публики, чтобы его творение признали за таковой. Если публика молчит, автор возводит себя в ранг “непризнанных гениев” – уж в этом-то праве ему никто не может отказать. “Непризнанный” творит для потомков: он убеждён, что они окажутся прозорливее глупых и завистливых, слепых и глухих современников.

Так он достигает хотя бы воображаемого бессмертия. Его конечная и зачастую скудная, несчастливая жизнь наполняется этим бессмертием; он тешит себя, что живёт не напрасно. Слава – синоним бессмертия среди людей, подтверждение собственной исключительности и важности. В отсутствие славы никак нельзя быть уверенным, что труд жизни имеет для общества хоть какое-то значение.

“Я – самый великий из неизвестных!” – на голубом глазу утверждал один сочинитель в доинтернетную эпоху. Ещё бы! – если писать в стол и ничего не знать о множестве себе подобных, легче всего воображать. Из такого рода “великих” можно составить миллионную армию.

Религии гарантируют бытие вечное, независимо от прижизненных заслуг, – однако этим потусторонним бессмертием ни одна деятельная личность не удовлетворяется; ей подавай славы земной, внимания живых людей. “След” для такой личности – ключевое понятие, наряду со смыслом жизни. Ей нужно оставить след во что бы то ни стало! – пусть даже это будет пепел на месте храма.

Теперь ты должен леность отмести, –
Сказал учитель. – Лёжа под периной
Да сидя в мягком – славы не найти.
Кто без неё готов быть взят кончиной,
Такой же в мире оставляет след,
Как в ветре дым и пена над пучиной.

Данте


Опять след. Куда без него? Нет хуже несчастья, чем прожить бесследно и бесславно. А почему, собственно? Живи себе благополучно, сыто, незаметно, сколько отмерено природой. Зачем эти безумные мечты о славе? Зачем избыточные усилия, выходящие за пределы практической жизни, простого животного существования? Зачем всякие трудоёмкие и зачастую рискованные предприятия? Зачем бедствовать и идти на лишения? Зачем гоняться за миражами до полного изнеможения и ломать шею при штурме очередной вершины?

Дело, очевидно, в категорическом неприятии смерти как полного и окончательного исчезновения. “Человек жив, пока его помнят”. Чтобы помнили, нужно совершить нечто из ряда вон выходящее. Есть и те, что утверждаются в качестве злодеев и негодяев крупного масштаба; их тоже помнят, наряду с положительными великими личностями.

Инстинкт доминирования – один из трёх базовых побудителей человеческой деятельности, наряду с самосохранением и слепым стремлением к размножению –  требует от личности превзойти, стать больше, выше, значительнее, важнее прочих, прославиться, достичь величия.

Поэзия как род деятельности в этом смысле есть величайший соблазн: при относительно небольших трудозатратах и некоторых способностях отдельные счастливцы причисляются к цвету нации наряду с полководцами и учёными, политиками и артистами, путешественниками и первооткрывателями, выдающимися мыслителями и героическими бойцами.

Им гарантируется слава по меньшей мере на столетия!

Я памятник воздвиг себе нерукотворный,
К нему не зарастёт народная тропа,
Вознёсся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.

А. С. Пушкин


Все литературные “Памятники” возводятся на зыбком – и незыблемом – фундаменте этой иррациональной страсти, идее утверждения собственного превосходства. Насколько приемлемо это с точки зрения вкуса, этики, элементарной скромности – другой вопрос. О вкусах не спорят. Геометрическая основа любого памятника – блок, поставленный вертикально. Вертикаль – символ диурнического сознания, наряду с огнём и светом.

“Звёзды“ и “солнца” – образы, вошедшие в массовую культуру с момента её возникновения.  “Оставить след в истории”– устоявшееся выражение.

2015