Unique

Небо внемлет перегуду,
перекату грозных буден,
буду снова я расписывать как сильно я тебя люблю,
но только сложно, если ты все время отворачиваешься,
как мысли все
твои о том, что нам лететь недолго,
что мы не пули, а осколки,
и ожидать от меня пеньюара шелка, я веселю,
но только сложно, если ты говоришь, что проза некачественная,
а я и не пишу ничего, кроме воздуха в росе.
Влажности поверхности растений.
Обычная приморская,
чтобы ворсинка твоя встала ангорская,
мягкий пух
в контрасте с твоим характером
стихотворствами непокорными.
Я не сияю на небе звездами миллионными,
мне тоже нужна ласка и внимание обычными разговорами,
злись, не злись,
сделай так, чтобы росы лились
и тогда наступит новогодний сюрприз,
с две тысячи двадцать пятым тебя, мчись конвертами,
мчись простыми «с добрым утром» приветами,
а, если хочешь, раритетами,
настоящий раритет редкая вещь,
и кто как не ты знает об этом.
Поэзия – неболтливое искусство, 
но и молчать как будто ты набрал в рот воды?..
Ты хочешь боксерский ринг,
ты хочешь красноту калин?
Мне лень, а точнее у меня это все вызывает меланхолии сплин,
подавленность и апатию, а мой голос unique,
и он в договоре разумелся,
когда ты на меня загляделся.
Пока я здесь тебя никто не сможет обидеть,
пока ты здесь меня невозможно перенасытить,
не в смысле мне не нравится,
мне нравится, мне нравится зависеть.
Если бы я могла изменить то, как ты смотришь на мир,
я бы показала тебе, что они не заслуживают тебя,
кумир.
Признаюсь, иногда меня одолевают бесы
и это не молитвы в заутренней мессе,
а я хочу сладкую мякоть в дюшесе,
но говорю все не то и выходит мелколесье,
какие-то леденцы из зоны вечной мерзлоты,
камни плачут, не вынося твердости горошины,
принцессе бы поспать на матрасе,
а не петь гнусь метрессы.
Я ненавижу давать тебе интервью, потому что ты видишь свое отражение в слезе.
Здесь отсутствует закулисье,
упражнение на одних гласных звуках, в вокализе
основательно прочувствованная мания,
с некоторыми согласными в компромиссе,
чтобы не выходил вой из этих любовных писем,
ты взаимозависим.
Ты тогда меня превозвысил,
а теперь темнота и мизер,
сердце бьется в непонятном ритме,
умирает звездами дневными.
Раны лечат сны,
но ты молчишь, я думаю
ты хочешь снова половыми
излишествами, получается балками стальными,
что держат неба ось и мы под ними.
Надеюсь, я смогу дать тебе то, чего ты хочешь,
но я боюсь, потому что…
Пока я здесь у тебя есть защита,
пока ты здесь я буду ждать развитий.
Если бы я могла изменить мир, ты бы приехал ко мне по неба полосе, водитель.