Обеденный перерыв

   С некоторых пор в наши музыкальные занятия вкрался обеденный перерыв – это стало необходимостью, когда мы, уже, будучи в «Кировце», стали готовить концертную программу (замаячила возможность «повыступать»). Собирались по субботам на целый день, с утра и работали до темноты. Напротив универсам, все при всем: кефир, докторская колбаса, сулугуни. А там где сулугуни незаметно, само собой появилось пиво. Еще более размыт переход на более крепкие напитки, эра портвейна - это отдельный разговор. Чебурек со стаканом чего-то темно-красного в заведении под названием «Вьюнок» казался верхом кулинарных изысков еще во времена «военмеховских поездок» в Красные зори!
   А время уже было перестроечное – со спиртным перебои. И вот однажды - почистили,  порезали, намазали, разлили... После первого раза что-то сильно передернуло. Про ключницу вспомнили. В третий раз совсем с трудом пошло. Взял я бутылку в руки – зеленая пивная с невнятной этикеткой – было время, так разливали низкопробный алкоголь. Ничего не подозревая, читаю название – «Искорка»! Говорю: «Как романтично, только у меня от этой искорки – пожар во всем организме!» Кто ухмыляется, кто индифферентно замечает - нормальное пойло. И тут я читаю дальше, мелким шрифтом под названием: «ЖИДКОСТЬ ДЛЯ ПРОТИРКИ СТЕКОЛ»!!! Я аж оторопел, братцы, что ж вы делаете! На что Гриня с Вовой, спокойно так отвечают: – «Ну не было больше ничего. Не нравится, не пей!»...
   В другой раз, еще чище, закуску купили, дело за малым - пошли в винный. Алкоголики со стажем помнят, в советское и постсоветское время отделы с напитками имели или железную загородку или собственный вход. Сначала из-за того, что торговля велась по своему режиму – с 11.00 до 19.00, потом ввиду возрастающего дефицита – винные отделы брали на абордаж... Итак, подходим «а винном толпа, растопырив груди, поливает матом фейерверк сведений...», ко входу не пробиться. Стоим в растерянности, шесть здоровых мужиков. Подходит коренастая девица (сначала я подумал, что парень) и хриплым голосом предлагает свои услуги – беру вам и одну себе, за ваш счет. Мы согласились, подумав, что у нее здесь блат – покупка с доплатой известное дело. Она взяла деньги и на наших глазах с помощью какой-то матери врубилась в толпу, работая локтями и языком налево и направо. Через мгновение она пропала из виду, еще через мгновение и ее голос растворился в мужицком гуле страждущих. Не успели мы отойти от первоначального шока, как она вынырнула перед нами так же неожиданно, как и пропала. «Ну что, все как договаривались: четыре вам одна мне. Надо будет еще, обращайтесь, я все время здесь!»  - проскрипела и исчезла с добычей...
   Сейчас я уже и не помню, коньяк это был или портвейн, но одно помню точно: как-то оно не пошло, выпили все, конечно, но без удовольствия, комплексы, что ли замучили?.. За народ не скажу, а вот мне такой «халявы» больше не хотелось.

Из цикла "Серый день отдыхает!"