Книга Одиночеств XXY
был липок и уныл.
Он смотрел в него
и извлекал
все измененья текучие
экрана,
все железные
конструкции миражей,
всем в никуда
стекающие взгляды.
Так скука смотрит.
Пристально нема.
Так скука гложет
умершую вниманья кость.
И скука
высасывает мозг,
несытая
хрустящей кожурою.
И вот тогда
в вертушке пустого
пространства двери
и появилась
бледная фигура,
заросшая перьями павлина,
закутанная в пух
серебряных волос
в сафьяновых
коричневых сапожках.
И плавно танцевала
за спиной его
живая карусельная вертушка.
А он ее не видел
и не мог…
*** ***
Свидетельство о публикации №124121808015