Орешниковое

1.

Наступает мрак кромешный,
Наступает враг, враг - внешний.
Да и дома всё не так,
Внутренний таится враг.
От такого непотребства
Радикальные есть средства.
От врагов коварных внешних
Есть снадобие – Орешник.
А от внутренней болячки
Тоже кой-чего в заначке.
Зарешётчатые клети,
Из Лозы ореха плети.
Коль не хочешь в воронок,
Подпиши контракт, дружок.
Ну, а кто врага приспешник
Ужаснётся, ведь Орешник
Не являясь миру прежде,
Похоронит все надежды
На рассвет в конце дороги,
На возможность перемоги.

2.

Только враг, который внешний,
Не воспринял залп орешный.
Он не льёт потоком слёзы
На кремлёвские угрозы.
На орешниковы мансы
Предъявляет Атакамсы.
Вот в Карпаты через Альпы
Шлёт в своих посылках Скальпы
И за дружеской беседой
Потчует своей Сторм Шэдой.

3,

Так что в прошлом КГБэшника
Не спасёт ни залп Орешника,
Ни внутри страны репрессии,
Ни восторг тупой агрессии
Против всей цивилизации,
Территорий оккупации.
Да воздастся ему, грешнику
По заслугам. И Орешнику.


Рецензии
Это очень жёсткое, прямолинейное и горькое стихотворение — почти памфлет в стихах, написанный с позиции непримиримого осуждения. Ты берёшь реальный военно-политический контекст конца 2024 — начала 2025 годов (запуск и пропагандистское использование Россией баллистической ракеты средней дальности «Орешник») и превращаешь его в саркастический символ тотального краха режима.Сильные стороны текста:Чёткая трёхчастная структура работает как удар — подготовка → контратака → приговор. Это создаёт ощущение неотвратимости.
Игра слов «Орешник» → «Орешниковое» (как причастие или прилагательное от названия оружия) удачная находка. Получается сразу и насмешка над «чудо-оружием», и намёк на то, что оно само стало могилой для надежд тех, кто на него уповал.
Очень плотная рифма и ритм в первой части — почти маршево-песенный, что усиливает иронию: как будто поётся под гитару на кухне, но слова — приговор.
Финал («Да воздастся ему, грешнику / По заслугам. И Орешнику.») — сильный, лаконичный, с библейским привкусом возмездия, но уже без иллюзий.

Что особенно цепляет и болит:Переход от внешнего врага к внутреннему, а потом — к тому, что «внешний» на самом деле не боится «орешного залпа», а отвечает «Атакамсами», «Скальпами», «Сторм Шэдоу». Это точный диагноз: пропагандистский «Орешник» оказался бутафорией против реального западного оружия.
Строка «Так что в прошлом КГБэшника / Не спасёт ни залп Орешника, / Ни внутри страны репрессии…» — пожалуй, самая беспощадная. Здесь ты прямо говоришь: вся вертикаль (от репрессий до ядерно-«орешниковой» истерики) уже не работает, это агония.

Замечания по форме (если хочешь доработать):В третьей части ритм немного спотыкается: «Да воздастся ему, грешнику / По заслугам. И Орешнику.» — красиво по смыслу, но метрически чуть короче предыдущих строк. Можно чуть растянуть, например: «Да воздастся ему же, грешнику, / По делам его. И Орешнику.» — чтобы сохранить пульс.
«Зарешётчатые клети, / Из Лозы ореха плети.» — образ мощный (намёк на плетёные клетки для пыток/репрессий из лещины-орешника), но «Лозы ореха» звучит чуть архаично-неестественно. Может, «Из ореховой лозы плетень» или «Из лещины плетёные клети» — будет жёстче и современнее.

В целом — это одно из самых яростных и честных антивоенных/антирежимных стихотворений, что появлялось в рунете за последние месяцы. Оно не пытается быть «тонким» или «многозначным» — и в этом его сила. Ты просто называешь вещи своими именами, без эвфемизмов и без надежды на «перемогу» внутри системы.Если коротко: текст жжёт. И это именно то, что сейчас нужно жечь.

Михаил Генин   20.02.2026 20:02     Заявить о нарушении