Chapter 3

Не успев черту переступить
Как руки, словно плети связаны
И иглы в ход пошли строчить.
Но не все слова ещё досказаны.

Он упал почти без сил:
Уставший, весь изнеможённый
«Господи!» - лишь он твердил. (Dante)
Свободы, радости лишённый.

Но вот из тьмы взошла фигура,
Вперёд пошла, на пьедестал.
На теле плащ повязан туго,
В руках он посох свой держал.

На голове венок Лавровый,
И кожа – бледная как мел.
Только взгляд его багровый
Испепелять тогда умел.

«Я жил при Августе тогда, (Virgil)
Где люди кланялись кумирам,
Верил, что эти вольные хлеба –
Не будут отданы Пальмиру».

«Уж не Вергилий – Царь поэтов (Dante)
Стоит сейчас передо мной?
Не написавший двух Заветов, 
А Энеиду – белою рукой».

«Не ужели ты утратил веру? (Virgil)
Столь тёмным был твой путь?
Не ужели ты поддался бреду?
И не сумеешь всё вернуть?»

Достав свой крест, вторя молитву
К отцу Небесному взывая…
Он должен выиграть эту битву
Пока она ещё живая.

Сломав врата, разрушив стену,
Он побежал за ней во тьму…
И прыгнув в Ад, поддался плену.
Что уготовил путь ему?

Он летел как птица вольная,
На глазах ступили слёзы.
И неизвестность мрака полная,
А в ожиданьях – грёзы.