Таис

(Обожжённая страница из дневника художника.
Найдено в архивах Галереи "Письма на холстах")

"Сегодня закончила 'Таис'.
Чёрный фон — не пустота, а пространство до...
Лабиринт научил меня нести свет без факела."

Примечание архивариуса:
— Восковая печать в виде золотого меандра.
— На обороте: звёздная крошка и следы медных чернил.



Дорогая Таис,
Я пишу тебе не как персонажу из книг и вымышленной героине, а как той, что когда-то ожила внутри меня.
Ты помнишь нашу первую встречу? Я была девочкой с потрёпанным томиком в руках, ты — бликом солнца на папирусе, ароматом оливкового масла в светильниках Александрии, мелодией эгейского ветра, играющего в твоих в волосах...
Ты не просто "полюбилась" мне. Ты пересоздала меня.
Библиотечный томик пах пылью и чужой древностью. Уже к третьей странице я поняла: ты живёшь у меня под кожей. Ты открылась мне не через слова. Ты явилась через горький аромат благовоний на твоих запястьях, через шершавый край свитка, что ты разворачивала в ночной тишине... Казалось, я ощущала вкус киликийского ладана... будто сама стояла в священном дыму храма Исиды...

"Зажмурься, — сказала ты тогда. — Видишь? Это не Александр покоряет Персию. Это я покоряю время".

И я зажмурилась. Чёрные стены святилища сомкнулись вокруг меня. Пламя факелов плясало на гипсовых ликах богов. Алые нити жрицы, сплетённые на моём челе, казались живыми. Её шёпот вибрировал в моём сердце: "Забудь о теле. Ты — свет, податливый, как гибкая лоза"...

Я стремилась стать похожей на тебя. Научиться любить — неистово, страстно, как ты. С мудростью женщины, знающей цену каждому мигу блаженства и силы.
Помню, как ты смеялась в голос, когда флейтист фальшивил... как целовала кубок, прощаясь с вином... всё это было частью тебя. И твой гиматион был не просто одеянием, а второй кожей, сливавшейся с твоим телом.
Мне чудится твой танец босиком по мрамору, где каждый шаг твоих стоп говорит о священности земли.
Я перечитывала сцену твоего сакрального танца, пока страницы не истончились. Казалось, если прикоснусь к ним ещё раз, перенесусь в тот зал, где звёзды отражаются в бронзовых чашах, а тайны передают прикосновением пальцев к вискам...

Ты смеялась бы сейчас: "Какая ты наивная!"... И всё-же я взяла в руки кисть.

Я писала фон чёрной краской, густой, как космос перед рождением Сотис. Смешивала серебро и медь, пока они не вспыхнули факелами Элевсина. Твои серебристые бёдра уже не были краской. Они были отблеском семи священных масел.
Твой силуэт — не поза: ты замерла, услышав лиру Орфея, почти готовая шагнуть за край рамы...
А меандр по краю? О, это моя маленькая магия! Я вела его кончиками пальцев, будто проводила тебя через лабиринт. Не к выходу. К центру. Где нет ни страха, ни стыда. В мир, где женщина не боится быть равной богам.

Сегодня я закончила картину. Будто сама прошла посвящение. Не в храме с чашами вина, а в мастерской, где вместо обрядов — ежедневное мужество быть собой.
Ты смотришь на меня с холста. 
В меня.
В ту девочку, что не могла остановить слёзы восхищения, читая о твоём танце.
В женщину, что разбила об стену банку с краской, чтобы поймать твой свет.
Твой голос звучит во мне, как эхо:
"Сколько огня ты осмелишься отпустить? Хватит ли его, чтобы растопить воск на твоих крыльях?"

Однажды другая женщина, увидит эту картину и узнает в твоем танце себя. Прикоснётся.
Почувствует, как под её пальцами оживает древняя фреска.
Как в висках начинает пульсировать кровь, вторя ритму твоих босых стоп, скользящих по мрамору.
И тогда, словно отзвук прошлого, ты заговоришь с ней. Как когда-то — со мной.

Танцуй, моя Таис. Танцуй даже в тишине.

Твоя навсегда,
— Я.

До встречи в следующем лабиринте...



Фото: LedaVysotskyArt "Таис"