Экфрасис к картине Губарева В осеннем лесу

Войдя, как в царские палаты,
Приветив осени декор,
Природы дивные пенаты
И в центре парка коридор,

Она счастливой шла по скверу,
С любовью глядя в белый стан,
А следом крался вечер серый
И время медленно листал.
 
Кружил осенний свежий ветер,
Тревожил парк и ближний лес.
Аглая ждёт с Луною встречи,
Не сводит глаз с пустых небес,

Где иногда клочками ваты
Плывут над лесом облака,
Не видно даже туч лохматых,
Прохлада льётся свысока.

В её руках простой букетик,
Простой и скромный сухоцвет,
Неувядающий приветик,
Что нежно подарил сосед!

А на пальто десятилетнем
Накинут связанный платок,
Берёзы полнят рощу светом,
Уютен милый закуток.

И этот парк в берёзах стройных,
С листвой шуршащей, золотой
В задумчивости дней спокойных
И луж прозрачных под ногой.

Аглаи взгляд в закат упёрся,
В багрово – алый над рекой,
С землёй который будто сросся,
День в ночь уходит, как изгой.

И только от берёз белёных,
Родных серебряных берёз,
Ещё недавно золочёных,
Исходит мягкий запах грёз,

Воспоминаний о прекрасной,
Ушедшей юности её,
Беспечной, светлой, куртуазной,
Сбежать, что рвётся в забытьё.

Но как про Коктебель забыть ей
И Тихой бухты чудеса,
Для всех «Исландией»* открытой,
Где нежат синью небеса!

Крым вспомнился и ароматы,
Что лил янтарный виноград,
Весну, что розами богата,
Где ветры до сих пор пьянят,

Ей не забыть медовый персик
И солнца жаркий поцелуй,
Которым и зимою грезить,
Восточный помнить ветродуй!

Но вот и солнышко укрылось,
Ушло в волшебный будуар,
Осенняя накрыла стылость
И старый город, и бульвар.

Дружок, свободой опьянённый,
Спешит хозяюшку догнать,
А воздух, влагой напоённый,
К утру туманом может стать…

Аглая, скверик оставляя,
Несла любовь в своей душе,
Поклон с улыбкой посылая
Луне - небесной госпоже.

*Исландия - Тихую бухту называют Крымской Исландией