Ч7. Ветка орешника. Сказки народов России

           XXXVIII
Парень вдруг сказал: «Не бойся,
Не обижу. Я не злобный
Зверь лесной. Я добрый парень.
Знай, однажды день настанет
Мой хрустальный светлый терем
Выйдет с темени подземной.
Будем жить с тобой под небом,
А пока с меня не требуй
Ты ответа здесь на сколько
Заточён, и кто надолго
Шкуру мне одел медведя.
Будет счастье, будет. Верь мне.»

          XXXIX
Насте парень стал приятен.
Примирилась с ожиданьем
Светлых дней своих девица
И не смела возмутиться
Его воле. Дом свой Настя
Вспоминала очень часто,
Только вслух сказать боялась
О тоске, когда встречала
Парня молча вечер каждый.
Пусть нескоро, только стал он
Ей родным, и образ милый
Незаметно полюбила.

           XL
Жизнь пошла её отселе
В елью скрытом подземелье.
День за днём и ночь за ночью
Был дворец во тьме заточен.
День за днём её любимый
В шкуру тёмную рядился,
Ночь за ночью лик свой прежний
Принимал. И юной деве
Стало тошно видеть это:
Ночью встала незаметно
И сожгла в камине шкуру.
Лишь золы осталась груда…

           XLI
Утро встало. Час обхода
зверем леса, да вот только
Шкуры нет его на месте.
Заметался парень. Тщетно
Ищет он везде пропажу.
Нет нигде… и парень сразу
К Насте в зал пришёл. Напуган.
Сбита речь. Дрожа, о шкуре
Он спросил у юной девы.
И ответила несмело
Настя вдруг ему, что ночью
Шкура та сгорела в топке.

           XLII
«Ох, беда пришла большая,» -
Горько молодец сказал ей, -
«В день один колдун в ту шкуру
Облачил меня. Отпущен
Срок им был длиной в три года
С того дня, когда зазноба
Страстно влюбится в лик дикий
В шкуре той. Тогда и сгинуть
Чары зла должны бы были.
Мы с тобою долго жили
Здесь вдвоём и лишь полгода
Оставалось до свободы…»

           XLIII
«Ты скажи, - спросила Настя, -
Отчего молчал ты раньше?
Я сожгла медвежью шкуру,
Чтобы вместе выйти к люду,
Чтобы ты стал человеком
И со мною был навеки…
Небо чтобы нас венчало…»
Ничего не отвечает
Парень бедный. Только смотрит…
Что теперь с него захочет
Взять колдун за зверя шкуру?
Чем наказан магом будет?