ода Нобунаге

–написано монахом-воином монастыря Энрякудзи перед сожжением–

Разводи костер, Нобунага!
Ты – хозяин красного неба
Над макушкой столицы –
бесчестье твоих знамен

Я – сохай, острие монаха
мое тело одеревенело
Как гнилой половицей
я сердцем овременен

Складки лба мне мешают
увидеть весну созвездий
Пухом брови белесые – 
птицам вить гнезда впору

Дожимай мой упадок,
отпрыгивая в возмездие
Надувай щеки доблестью
и раздувай костер!

Ты несешься – мешок пустоты,
набитый отвагой
Пятки – яблоки смерти –
лупят коня с боков

Прожигая кусты,
проживай себя, Нобунага!
Торжествуй неизбежное!
Яблоня недалеко

Что такое огонь?
Лишь язык голодного пса
Оближи мои кости, пес!

Твои имя и род
запекутся кровоподтеком –
через летописи, насквозь!

Нобунага, испей вина!
Несбиваема поступь коня
Твоя форма явилась, огненна и плотна

И моя прямая спина,
несгибаема и длинна,
пред тобою возвысилась заревом, как стена

Разводи костер, Нобунага!
Ты – хозяин красного неба
Над макушкой столицы –
бесчестье твоих знамен,
пощечина славе Киото!

–написано Ода Нобунага после сожжения Энрякудзи –

Утверждают, что кшатрий не сможет понять брахмана
То бишь, воину здесь недоступна тоска святоши
Вы сидите на связках соломы, твердите мантры
Лицемерно лелеете важность высокой ноши

Я пришел, чтоб сразиться с тобою, но ты без торга
Все отдал мне притворно, и был поглощен пожаром
Да, лишь пламя такого ничтожного не отторгло
Ты подумай – ты умер, чтоб выставить меня жадным!

О, никчемный монах, предводитель сражений в лицах
Ты выдумывал мир – тот, что я попирал отвагой
Я вас понял, на вашу резню я сей раз явился
Красномясым архатом, разгневанным Нобунага!

Ты не пробовал жизнь,  и мой путь тебе недоступен
Я свирепый тиран, совершенство всех форм кровавых
Чтоб родиться таким, я уже умирал в сэппуку
Спал наружу кишками, чтоб выиграть это право

Ветер, горы, огонь .. ваши летописи – бумага
Я мечтал о Киото, чтоб видеть моря до края
Можешь мнить себя высшим, сколь влезет, я Нобунага
И я лично ни в чем превзойти тебя не желаю