вечера у ярвинен

я вновь вернусь, подобно музыке в капели.
рябит зари зелёный фон, столь груб и матерчат
лист на ветру. гудят виски,
журчит измена кадра проблеском мигрени,
крестовый путь кольцом лежит и верфи верещат.
с потоком цинка бьют вечерние дожди.

я вернусь, как музыка капели. натощак
глотая дым, я видел как летели ввысь стрижи.
(пути сошлись и верфи верещат).
уже гудят виски и замер жар груди в тиши;
рябит зари зелёный фон — столь груб и матерчат
лист на ветру. я жду осенние дожди.

ведь ливень — это продолжение беседы,
он напомнит о тебе в твоё отсутствие. восторг
и тирания тела. рвутся кеды
шаг за шагом в горы, словно больший торг;
протесты резким кроем кадра, (ведь мои победы
это падаль. мир — длиннющий морг).

я говорил, подкидывая всё больше дров
языку монологов. (привидений раздувая свет,
силуэты зазвенят железом слов).
уже ступил на берег странник без примет.
сжимая посох, тать идёт сквозь пламя городов;
на стенах остаются тени, точно след.

мне пела осень, остов плавал в облаках.
казалось, что моменты нежности дают приют,
но это только слёзы, боль в висках.
я любил тебя и больше нет ничего, волапюк
(глухой вселенной острова — канаты в небесах,
где под сусальным солнцем строят юг).

я очнусь в океане одеял. лиловой полосой
рассвет прогонит сон, где мост похож на змея,
если запрокинуть взгляд косой.
я туго потянусь и вспыхнут ужасы Помпея,
улыбки в васильковых искрах, как живой покрой,
тянулся серафим, тату к молочной шее.

лазурь мутна и свищет ветер в проводах.
мерцают тусклые звёзды. я хотел тогда уснуть
в озёрах северного края, а в снегах
и пузырях земли лишь загадать мотнуть
упущенное время — я иду по пляжу в кандалах,
горячие лучи пытаются меня кольнуть.

быть может, я лежу бездомным на песке,
в сырах чужого полушария я тоскую о любви.
зажмурюсь крепче, вновь в Москве.
монтаж, враньё! — мы потому и не смогли
найти различий друг у друга, я растворён в тебе;
как не пытай, границ уже не провести.

разрыв, итог сплетенья судеб, за тобой
неподвижные тени; ты говоришь, так пустоте
даётся идеал, ничто. так голос мой,
иди на белый шум всех мук, полёт праще!
(всех драм дешёвый пластик, встреча с немотой,
где дальше — ничего. ничего вообще).

2020