Глоток весны. Поэма. 4. 1

4.1

Пять вольных лет!
Рассвет.
Деревьев исполинских звуки
И лезвия осоки, впившиеся в руки,
Земли распаханной дурманящие токи…
Вне времени.
           Вне мысли.
                Вне сует
Дикарка в деревенском сарафане
С гребенкою в косе куда-то манит
Уж столько лет.
…Свет голубой на голубом лугу,
Луна трепещет, кутаясь в потемки.
Огромны тени. Жутко. Я бегу
К костру. Там конюх и пацан соседский Семка,
Коней стреноженных сбивающийся топ,
Храпение и ржания раскаты…
Ладонью потирая низкий лоб,
Старик шуткует:
              - Эвон, черт, ребята!
Мы ухмыляемся, не выказав испуг,
Но, головы втянув в цыплячьи плечи,
Садимся ближе. Треугольник рук
Подрагивает в такт неспешной речи:
- А вот вчерась, тот черт в курень мой - шасть,
Тулуп схватил и норовит обратно.
Ну, дело ясное,- ревет, ощерил пасть,
Ведь я его за хвост - кому приятно?!
Я недоверчиво мотаю головой:
- А как куснул бы?
- Ну, уж и куснул бы.
Ты не гляди, что я с одной рукой,
Так вдарю в дых, что и святой уснул бы!
Ну, ладно, вы сидите, коль не лень.
А я - в курень.
Ушел. И стало сиротливо
Без голоса, пустого рукава.
В костер подбросили росистые дрова
И за щеки засунули по сливе.
- А знаешь, я вот вырасту большой
И стану председатель сельсовета.
А ты?
- А я, наверное, травой.
- Травой?
- Ну, да, травой, рекой, рассветом…
- Вот, дурища! Такой работы нет.
(Ах, Семка-Семка, через пару лет
Снаряд заржавленный взметнул тебе в ответ
Фонтан земли. И вспыхнул алый свет.
Там мать твоя - одна, как перст,
Не молится на деревянный крест,
Что на погосте.
А ходит на пустырь бестравный к сыну в гости…)
- Горбушку хочешь? -
                Я тяну ладонь.
Нашептывает вкрадчиво огонь
Свое неизъяснимое заклятье.
- Проклятье!
Опять куда-то сгинул Метеор.
Ну, жеребец! Приглядывай костер!
И Семка растворяется в ночи.
А рядом голос:
             - Только не кричи!-