Века поэтов

Для нас века-столетия
И мчиться вместе с нами,
Как вечером трамваи,
Десяток десятилетий,
Но вот в литературе,
Как и во всём искусстве,
Есть всеми общепринятые
Века в стихах зачитанные.
Но в нашем понимании,
Как в человеческом познании,
Век длится сто (без вздора) лет,
Но вот в литературе...
Здесь век равняется эпохе,
Эпоха здесь- всё это люди,
А люди здесь - это поэты,
Передающие друг другу эстафеты.

I

Век Золотой: прекрасный наш,
Где всё слилось в любовь едину,
Где Пушкин дал любовь Онегину,
И у Татьяны молодой - мандраж,
Но Пушкин тут вошёл уж в раж
И не позволил быть им вместе,
Не дал соблазнам воплотиться.
Осталась мужу Ларина верна,
Онегин же, поняв ошибку поздно,
Не стал уж строить из себя героя.
Как Грибоедов-прекрасный дипломат,
Всё рассказав про Горе от ума,
Погиб, когда произошёл теракт.
Как Пушкин все свои стихи писал,
Ах, сколько в них любви горячей.
Как Лермонтов в свои вдыхал
Минуту жизни с неудачей.
Как Скучно и грустно
Порою нам в жизни.
Пусть исповедь искусна
Была в горах у Мцыри.
Как Смерть Поэта поразила
Весь свет и всю Россию.
И Пушкин памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не заросла народная тропа,
Вознёсся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.

II

Век Серебряный: горячий, жестокий.
Реет гром революции в небе,
И вот громогласно высокий
Маяковский явился на сцене.
Как механизм всеобщей машины
Двигались все под его стихи.
Строили новое будущее
Для новой своей страны.
Он - двигатель революции,
И его стихи
В сердцах революций
Остались звонки.
Есенин на том пьедестале
Писал о доме, о маме,
Писал о лесах рязанских
И о полях селянских.
Писал о любви
И не только он:
Здравствуй, Ахматова,
Где Гумилёв?
Не позавидовать участи их:
Цветаева и Есенин повесились,
Гумилёв в тюрьме расстерзанный,
Дым от пули Маяковского рассеялся,
Одна лишь Ахматова грезилась,
Но не отменишь творчество их
Пусть же гремит навеки их стих.
Мало из них кто шагал правой,
Все в основном:
Левой!
Левой!
Левой!

III

Век Бронзовый: уютный и домашний,
Но вместе с тем свободу вдохновляющий.
Поэты оттепели послевоенной,
Поэты-песенники вышли на сцену.
Вот Евтушенко ужас геноцида описал
И перед нами Бабий Яр предстал.
В накале ядерной войны
Он отвечает на вопрос:
Хотят ли русские войны?
Как ярко их звучали голоса
На сцене Политеха,
Как Белла Ахмадулина
О Дуэли Пушкина с Дантесом
И Мартынова с Лермонтовым
Писала и сердца всех покорила.
Её застенчивый герой
Так ловко избежал позора.
Как Белла долго ту играла роль,
Не опираясь на партнёра...
Рождественский пленил сердца
Своими песнями, стихами.
Эхо любви услышалось у Герман Анны.
Мгновения? Уже Кобзон спевал.
О Родине своей Ротару пела,
Стих об Отце и сыне до сих пор
Читается на фестивалях мира.
Но где же скрыться от эстрады?
В Рубцовской тихой лирике шестидесятых,
Где край родной описан нежно,
Как автор своего дитя лелея,
И сбылись Рубцова прогнозы,
Он умер в крещенские морозы...

Не обессудь, читатель, ты меня,
Что я не всех назвал поэтов.
Как много звёзд мелькают ночью в небе,
Но все сгорят, не долетя до нас.