Пусть говорят...

В почти пустом автобусе сидел мужчина,
Смотрел уныло он в окно,
Когда в салон ввалилось трое,
И начали вести себя дрянно.

Они были пьяны, искали приключений,
И явно не домой спешили в ночь они.
Подсаживались к пассажирам,
С девчатами пытались знакомство завезти.

Кондуктор кротко шпану не замечая,
Прошла как будто их и нет.
А по салону разносился,
Поскудный ржач и дикий пьяный смех.

И девушки в салоне косились на мужчину,
Сидящего спокойно у окна,
И мысленно его молили,
Чтоб хулиганам дал с полна.

Но вопреки желанию девчонок,
Мужчина продолжал смотреть в окно,
Как будто все вокруг происходило,
Не в жизни, а в плохом кино.

И вот и до мужчины очередь дошла,
Когда к нему подсела с вопросами шпана.
Ты кто? Че смотришь в окно дядя?
Твоя мобила очень нам нужна.

Но тот мужик все их не замечая,
Взволнованно высматривал дома,
Как будто он с судьбой играя,
Не замечал в лицо врага.

Ты че глухой? Вскричал вдруг лысый,
Мужчина на него вдруг бросил ненавистный взгляд,
Автобус заскулив остановился,
Мужчина поглядел в окно опять.

Увидев, что приехал в нужный адрес,
Мужчина тут же соскочил,
И распихнув шпану бесстрашно,
На выход по ступенькам заскользил.

В ответ ему шпана кричала матом,
И кто-то даже из девчат сказал, что не мужик,
Мужчина быстрым, выверенным шагом,
Направился куда-то напрямик.

Да не мужик, подумалось мужчине,
Сегодня я отец, и только он,
Вез деньги на операцию сынишке,
Сжимая в куртке целый миллион.

Собрав все деньги, взяв кредиты,
И сэкономив даже на такси,
Мужчина шел к больнице спешно,
У сына шанс есть выжить до зари.

Сейчас хирург, дождавшись платы,
Возможно даст сынишке шанс,
А, если бы ввязался в драку,
Кто знает, где бы был мужик сейчас.

Лежал бы там с пером подмышкой,
Или в полиции за драку он сидел,
Нет, рисковать своим сынишкой,
Мужик в тот вечер, не хотел.

Судить легко, знать правду сложно,
На то и есть для всех один судья,
Пусть если нужно он меня осудит,
В его руках сейчас дитя судьба.

Ведь у судьбы не много вариантов,
И иногда нас заставляют выбрать путь,
В котором будет много проигравших,
Но совесть ты не сможешь обмануть.