Ангел в 8 утра Малкович

-Ты знаешь, что такое Руби?
Ну, птичка такая… уже невежественно покрывшись сомнением, я заявляю.
-А это Малиновка! А пусикэт - это кошка. Именно кошка, а не кот.
Ага… мычу всматриваясь, в этот, непонятно откуда пришедший  профессорский рот.
(Мычу, не снимая темных очков.
Не выдавая улыбчивых, горящих своих зрачков)
-А где Эдем знаешь?
..На встрече двух рек, в зеленной дальней земле.
-Верно! И смеется как бубенчик на рождественском мишке!
Я там был. Когда молод был.
Когда студентом практиковал, испытывая насилие русской литературой…
И морщинистая рука прикладывается к седой голове.
-А гроб Господень видела ты?
Нет. Мотаю монотонно, вспоминая картинку из гроба - Настя прислала..
-Ну! У тебя еще так все впереди! Ты такая еще красивая и молодая!
И примерился, но не ушел снова.
Топчется рядом со мной, под лиственницей моей.
Продолжает.
-Мне мой сын каждое утро звонит и говорит: папа, ты в каком сегодня гуляешь парке?
Ты, папа, должен с кем-то: знакомым или нет, непременно, поговорить.
А я в каком-то смысле пришлась для него
Подарком.
Чтоб, как сказал Окуджава двери открыть.
В открытых дверях, что сердцах цена выше: там воздуха больше.
Потому и замкам копеечная цена.
Потому что стена. Ни любви.
Ни себе, ни другим.
Прокисшая и невидимая, не очевидная даже владельцу - тоска.
И все смеется как заводной, и хорошо одет.
Говорит, мне 78, я скоро пред ним предстану.
-А вы видели, как за смерть одного мученика, в жарких странах, Приверженные хлещут себя цепями, днями, по голым спин;м?
Так преданность, воля и верность Соприкасаются, когда горлом воется песня прощанья,
Но ничего не исчезает и только Становится невидимым нам.
-Вы знаете, что я скажу ему?
Нет. Завороженно снова мотаю.
А он, как мальчишка кривляется, Портфелем в руке болтает, волнуется, Радуется. Вспоминает.
-Я скажу ему, что был шаловлив и ошибался, волей не волей.
Мы все так должны ошибаться.
Тогда, возможно, небесная арка не покроется горем белоснежных цветов,
Не вздрогнет, не нарушит воротных рифм.
И Он будет ко мне более милостив.
-А Вы, смеясь, наводя на меня белый свой палец,
Должны знание и информацию передавать: Свою. Своим и другим.
Раньше ж было Talking with the strangers  За рай, за милость и счастье.
А сейчас за окоп, за сожмись и, при возможности, избеги.
И эту погрешность бы исправлять..
А Вы не так!
Вы шалите! И будьте с людьми.
Чтите старцев своих и советуйте им больше гулять и чудить.
И сами не жмите в себе, не молчите,
Смеясь, заявляет: Говорю вам истинно!
Уходя, прочитал Маяковского про морковки и хвостики.
Такая у вас миссия!


1.10 2024
Мысли утра:
Любовь победит. Если она есть.
Вторую теперь мысль и не припомню, так как с мной заговорил старичок (Малкович) 78 лет. И такой микс энергий в нем, но главная - это сексуальность, острый ум и красота. Я обалдела, обомлела. Он говорил про все. Про себя, жизнь, бога, закон, твердую пшеницу, путешествия, гроб Господень, нижнее Поволжье. Какая я и как у меня все впереди…
*(Сейчас вдруг, неожиданно прилетело из рекламы: Земля, где вас ждут) - ок. Принято
… читал мне Маяковского, напевал Окуджаву про открытые двери, говорил на английском про птичку малиновку и кошку, про коды слов, но главное, про то, что нужно быть открытыми к людям и говорить с ними. И сказал ваша миссия делиться своими знаниями, информацией..
И улыбаясь пошел. Еще он сказал: я скоро предстану перед Ним уже и я ему скажу, что я жил как шалун.  Играючи. И может он меня хоть немного помилует.
… это был ангел во плоти.
Сам Бог говорил со мной утром в Парке на солнце среди поляны розге я пила кофе.