Баллада шума

Шумит, но плавно, старинный чайник.
Рассказ о главном всегда случайный.
Блеснуло лето. Заходит осень,
Простых сюжетов корзину вносит.
Грибов и ягод в достатке ныне.
А вязких тягот нет и в помине.
Расставил ноги, поднялся с кресла.
Не будем строги. Жизнь интересна.
Цветных мозаик раскопки древних
И крики чаек вблизи Палермо.
В Сибири снова вдруг мамонт найден.
Восторг грошовый. Но сколь он жаден.
Писать неумно самопортреты.
К новейшим рунам пути поэтов.
Огляд на предков - лишь боль фантомов.
Смотри на ветки. Там птичий гомон
Средь крон, увядших наполовину.
А стаи дальше, взлетели клином.
Как будто холод их гонит с родин.
Но зимний голод уже в походе.
Вот двадцать строчек, на плане сотка.
Тут чашка с чаем, там рюмка водки.
Пиши в Стамбуле, пиши в Париже,
Пиши в ауле, но чтоб без жижи.
Идём к Парнасу мы пешим ходом.
Талант опасен, грызи породу.
Шурфы и сваи. Седой геолог.
Тогда узнаешь - улов-то дорог?
И путь бесследный наметит тему.
Читатель бледный прочтёт поэму.
Субботним мигом к вратам покоя.
С душевным скрипом, да без конвоя.
Катись к шакалам, хранитель местный.
Нам с Аннибалом с тобою тесно.
Предместий гордых, мой обитатель.
Что с грустной мордой? Здоров, приятель.
Смотри в экраны, учи спряженья
До дней Нирваны, до Откровенья.
Эзопов принцип, Эдипов комплекс.
Слог слабый, сиплый. Пора на солнце -
Гулять к озёрам и прочим далям.
Пусть к фантазёрам вернётся пламя.
Велосипедом и самолётом,
Забыв о бедах, вдохнув вольготно,
К полям цветочным стремиться рады.
Влеченье прочно. Ведь так и надо.
Вскипает чайник. В окошко ветер.
Ты верен тайно своей примете.
Кто грудь покрестит, кто слово скажет,
Кто с тихой песней в окопы ляжет.
Где что случилось? Четвёртый - пятый.
Жаль, не приснилось. Всяк с автоматом.
Здесь день и вечность - мгновенья страшны.
Сгорают свечи бытьём вчерашним.
Во мраке трещин на камнях нету.
Провидец вещий берёт монету.
Сквозь шар хрустальный она проходит.
Он взгляд печальный от нас отводит.
Печатью в датах мечты убиты.
Но в час расплаты все станут квиты...
Сады у моря зовут на волю.
Волною скорой меняю долю.
Ступнёй босою песок отметил.
Забыться стоит. Твой сон о лете,
О юной страсти, о сильных мыслях.
Ушли напасти. Забыты числа.
Мне азбук новых хотелось в прошлом,
Судьбы рисковой и заполошной.
Сейчас я смело готов промолвить -
Я сделал дело, чтоб цель исполнить.
Завар цейлонский и тонкоструйный.
А брат-эстонец совсем не буйный.
Я ездил в Таллин подобно неким.
С ним чай пивали аж в прежнем веке.
Случалось раньше. В тысячелетьи
Живём без фальши по счёту третьем.
Оделся модно, узнал про Эдду.
Но это в Лондон, ещё заеду.
Древнейший эпос в стихосложенье
Добавит крепость и выраженье.
Вернувшись к землям, с рожденья ясным,
Без лени внемли - судьба прекрасна.
Из наших давних былин славянских
Возьмём дух славы и постоянства.
Границ известных рубеж отмерен.
К заветам честным был ключ утерян.
В лесах блуждаем. В потёмках ищем.
Умней не стали. Мозгов кострище.
Чуть слышны всхлипы в дождях унылых.
Так стонут липы о днях постылых.
Грустят, вздыхают, бросают листья.
Художник вялый. Устали кисти.
Весны дождаться... Сто лет. Немного.
В снегах остаться. Трудна дорога.
Давай подумай - в чём смысл исходный?
Луна угрюма. И всяк свободный.
В речах собраний гроза обычна.
Годам исканий терять привычно.
Вопросы, свары. Но где ж ответы.
И чайник старый кипит. До лета.