Человек

Названный собой иль Богом; немного
Скрытый от себя и от других…
Он ходит ровно той походкой:
Для одних всем хороша, а для других — смердит;..
Он кушает, он пьёт воду —
Он стыд и срам срывает перед сном;
И так скажем втихомолку
Делает то, что не делают перед Святым Отцом.

Однажды появившись между делом —
Венцом Творений всех он стал, но Бога не достиг!
Был продажным генералом,
И бедняком который богатством угостил…
Был тем, на кого пятно упасть не сможет;
Был тем, кто грязью весь пропитан и дерьмом!
Был он высокопоставленным вельможей;
Был, конечно, грязным гордецом и подлецом!..

Что скажет человеку человек?
Того, что Бог бы ни сказал ни разу;
Чем награждает нас из века в век
Поэт, который был предсказан?..
Кто знает человека по нутру?
А кто не знает человека вовсе?..
Что нужно человеку исходя
С того, что было бы с ним после!?

Редкое молчанье обступая,
Блуждая по театрам полным и забытым
Домам, которые предсказаны в Начале —
Тем, что они глубоко избиты:
Театры и дома покинутые,,
Сказания в Великих Книгах и в трудах несчастных;
В тех кто не блещет и умами,
И в тех, кто ума сырыми держит
И мыслями доверху забитыми.

В судорогах он танцует ночью,
Когда не видно даже рук своих;
А днём он спит, совсем не озабочен,
Хотя бывает пах открыт…
Он трупами выстелет дорогу,
Убитыми солдатами пути,
Он выпотрошенным ребёнком загородит дорогу
Тем, кто не умеет обойти.
Он Царство изложит всё в деталях;
Он быстро проживёт и ляжет в гроб;
Он долго будет жить и не умрёт…
Он психами болтается по свалкам,
С шприцами, иль с бутылками наполненными недопитою водой…
Он будет разрушением для всех страданий;
Будет всем он матерью, и будет всем отцом!..
Он ляжет страницами на книгах,
Пропитанных словами через буквы…
Фразами давно уже избитыми,
Он будет всем врагом и другом!
Он есть печаль; он есть и радость так же…
Он то есть, что исписано в нутре:
Скажет вместо слов произносимых, теми письменами
Которые на теле его, буквами по миру:
На страницах, на заборах, стенах, на асфальте,
Прямо на песке… Везде где только можно, лишь бы чтоб найти,
Где возможно слово хоть одно оставить;
Даже если толпы не смогут обойти,
Или пройти… И даже перепрыгнуть;
И даже выше всех взлететь, но не суметь
Продвинуться подальше
От слов моих, которые не будто, а прямо из груди —
Ломают рёбра, но не могут вырваться;
Пока одни идут прямо по пути —
А другие из войны не могут выбраться!
Я не смог выбрать те пути,
Где бы легче было мне идти…
И из глаз слёзы выливаются,
Но не кровью, а лишь солёною слезой…
Хотя кто-то кровью даже мочится!
Пока я вякаю не слепой а зрячий
О покровительстве перед Святым Отцом!..
Как быть в моём недоразумении,
Когда ударить я не мог даже себя с той силы,
Которая разрушает все знамения;
Отчего ж я слаб и агрессивен?
Почему мне проще плакать а не драться?..
Почему мне проще называть
Всякого врага моим собратом… как и друзей:
И не с кем воевать!
Или быть тем храбрецом,
Который может каждому сказать,
Что воевал с Дьяволом самим;
Пока кто-то надругается над Святым Отцом…
Что нет во мне слезинок, слёз и скорби…
Что нет мне времени страдать и убегать;
Мне надо воевать и с Тьмой и с временем —
Мне надо всех нечистых убивать!
Я штык воткну в врага поглубже;
Знамя я оставлю так, чтоб видел Белый Свет!..
И Тьма Повсюду, и пред ногами
Потом уляжется, чтобы навсегда лежать.
Но трус во мне берёт однажды верх;
И тут же храбрый ничем не уступает —
А всё же я не Бог, а человек…
И где-то рядом всё та гармонь играет;
Зима уж стелется, но надо воевать:
Одним одно, другим другое —
Кто-то ведь любит и поспать;
А кто-то дал медаль, что немец полюбил еврея!
А кто-то дал медаль, что гоя любит сам еврей…
А кто-то дал медаль: так за такое!..
А кто-то отобрал…
Один бедняк здесь, и один здесь генерал.
(недописанное)