Дом Лаваль

Дом богаче - вы найдете,
в Петербурге их не счесть,
в нашем северном болоте
их наверно сотен шесть.

Ненаглядные игрушки
и волшебные ларцы -
от подвала до макушки -
лесом выросли дворцы.

Ими весь усыпан Питер,
словно в клавишах рояль,
будто в спутниках Юпитер,
всех изящней - дом Лаваль.

Прочих вынесем за скобки,
так великолепен он.
Возвели его Еропкин,
Воронихин, де Томон.

Всех милее для меня, и,
трех веков сдувая пыль,
особняк, свой вид меняя,
сохранил и шарм и стиль.

Муз обитель это зданье,
и не терпит нищеты.
Торопясь, как на свиданье,
проникаешь внутрь ты.

Поздоровавшись со львами,
належавшими свой стаж,
лестничными рукавами
на второй летишь этаж.

Для моей души потеха
быть с дворцом наедине.
Кажется, мазурок эхо
не утихло в вышине.

Слышно как бряцают шпоры,
а еще Крылова храп,
Лермонтова с кем-то ссоры,
Легкий Пушкина стендап.

Карадори, Тамбурини
будят музыкой покой.
В коридорах тень графини
важно шествует с клюкой.

Гнедич, Вяземский, Жуковский,
Грибоедов, Карамзин -
веселились здесь чертовски,
не считая лет и зим.

Офицеры подрывали
государственный устой.
Конституцию в подвале
отпечатал Трубецкой.

А когда их смелым планам
в декабре пришел капут,
собирала дочку мама
к месту ссылки тоже тут.

Так что дом на нашей карте -
уникальный экспонат.
При его фатальном фарте
заседал в нем и сенат.

Чтоб абсурдом переполнить
драгоценный сей сосуд,
ныне здесь, хочу напомнить,
- Конституционный Суд.

Сыщется чертог богаче,
но изысканней - едва ль,
и загадочней в придачу,
чем дворец семьи Лаваль.

Коллаж автора из фотографий Евгения Павленко