Единорог

В то многослойное утро
Мы нечаянно повстречались в метро
И я, отбросив налипший путь,
Принял её приглашение.

Время остановилось, его блестящую однородную ткань,
на которой нет и следа стежков секунд и минут,
Можно было разглядывать
Открыто и без торопливости.

Слух обо мне распространился в округе,
И сидельцы окрестных лавок
Сбежались поглазеть на царственность
Исчерченной пёстрыми письменами шкуры.

Не знаю, было ли им позволено видеть
Красоту моего могучего витого рога
И врождённую робость,
 но вскоре я снискал их расположение.

Дружественные к моей госпоже,
Они, если ей случалось захлопотаться,
Развлекали меня болтовнёй
Или показывали свои в тайне любимые игрушки
И планы несбывшихся путешествий.

Всё это делалось с необыкновенной деликатностью и бережностью.
А потом, захмелевшие нашей радостью,
укоряя себя за назойливость,
Зеваки растаяли в мерцании внешних зеркал.

Я думал о ней несколько лет напролёт, и оттого
Были легки и точны слова,
И текли разговоры, каких уже не случается
По эту сторону дня.