цвет канифоли

Уже не скрипки, разве что - альты,   
слегка пониже тон, а звук помягче.
Горит конфорка газовой плиты,
дворовый кот, в боях побитый мачо,
за окнами вдыхает аромат -
а вдруг перепадёт - остатки сладки.
Вот вешалка, пиджак на ней, помят,
и дырочка зияет на подкладке.
Почти что фрак, забытый и ничей,
в прихожей неуместный в эту осень.
Пожалуй, альт не хуже скрипачей,
но после выступления несносен.
И пьёт, и курит много, сгоряча
ругая всех и всё - не так сыграли.
Снаружи кот, внутри горит свеча,
осенний ветер стонет пасторали,
но старому альтисту всё равно.
Сентябрь шафранный, цвета канифоли,
закатов долгих красное вино,
и давняя любовь - чего же боле?
Надеть бы снова фрак - тонка кишка,
звенит бокал - мелодия Токая,
как песенка про доброго жука.
Поёт Жеймо, на возраст намекая,
альтист вздыхает - что за красота!
Ещё чуть-чуть, а там дожди польются...
Впускает беспородного кота,
и ужин свой кладёт ему на блюдце.
Здесь осень и любовь. Он счастлив с ней,
а фрак не нужен, музыка избита,
но странно, что звучит она нежней
на фоне увядающего быта,
где будто бы с котом поговорив
о прожитом... При лампе, при свече ли,
старинный альт склоняет чёрный гриф
к стоящей много лет виолончели.