против шерсти не зверя гладили

Против шерсти не зверя гладили      
Это солнце Ингерманландии               
Красным золотом в но;чи лучит!         
Белотканы мхи, и парадные
Мачты сосен встали отрядами,
Пики елей в подбое парчи             
Охраняют просторы эндемиков;         
Кости скал — усмирённые демоны             
Кто их волен был приручить?

Предрешённый гость мой нечаянный!
Ты пришёл и тебя здесь встречаю я
Посвященья надмирным огнём!

Светоч ярок и ночью, и днём,
Видишь, шрам на плече моём?
Этот знак даровал мне Совилу!

Ты почувствовал древнюю силу?
Я ждала тебя, зная — придёшь!

Там, где копи онежских шунгитов
Умирал мой корабль разбитый,
Здесь хрустально сияет вода,
Здесь ведун мне твой взор нагадал...

Шили ветер весенние сосны
Зеркала; показали мне гостя;

Так байдарки несёт по Вуоксе,
Так на ряби бьётся листок,
Дым взметнулся на юго-восток,

— Вот откуда спешит твой пришелец!

2.
В солнепёке чёрной Кармели
Ветка танцем, волна пенной солью
И шара;ф, изнуряясь песком ли
Напевают скитальцу о Сольвейг
Той, что ярость вольна приручить

Впереди будет путь далёкий
А пока,  пока в солнцепёке
Цепенея, звенит шаббат,
И не счесть неба быстрым шагам:

Перебрав и сложив осколки
Карты звёзд, мы идём к истоку...

Только если и есть начало,
То оно сердцу видится алым,
Первым криком, затакта нотой,
Тем, чему не; дал имени, что это;
Но уже знаешь ясно: моё.

На реликтовой мира гряде
Луч кровит,  возвещая день,
Рысь крадётся, приметив добычу,
Север лесом щебечет по-птичьи...

И легенды венцом, и балладами
Манит путника Ингерманландия!