На металле травленный портрет...

Фрагмент моей поэмы в стихах, письмах и документах "Воля" - история о «вечном зэке» – грузине по кличке Кацо. На вопросы, какой у него срок, он отвечал: «Вся жизнь, что была, и вся, что будет». Сквозь все сроки и зоны, еще с тридцатых годов, пронес он самое дорогое – травленный на металле портрет Сталина, скопированный со знаменитого фотоснимка – вождь раскуривает трубку. Кацо был работяга безотказный, и портрет ему негласно разрешили хранить как «предмет первой необходимости»...

Ты поверил выйгрышному кону:
«Есть лишь только фарт, а Бога нет!» –
И у сердца держишь, как икону,
На металле травленный портрет.
Что ж ты, генацвале и кацо,
Перепутал свадьбу и поминки?
Свет от спички высветлил лицо
На таком знакомом фотоснимке.
Я хочу понять – да нету сил! –
Чем же так тебя приворожил он:
Ты ведь тоже «сталинку» носил,
На лесоповале рвал ты жилы,
Но не крест, не бабский амулет,
Сердце, обожженное в пожарах,
Грел под телогрейкою на нарах
На металле травленный портрет.
Помолчу, чтоб не рубить с плеча.
Кровоточит прошлое, как рана:
Целовали руки палача,
Умирали с именем тирана.
Это было в разные века.
Тяжести вериг лишь смерть измерит.
Мне тебя не жалко, дурака.
Жалко тех, кто ни во что не верит.
На металле травленный портрет
Ты сжимаешь, словно ручку финки.
Разные бывают фотоснимки –
Этому, и впрямь, износу нет.
Жизнь твоя, как тонкая лоза, -
Гнули и топтали – не сломали.
Ты глядишь в державные глаза
С болью, но без страха и печали.
Ладно, генацвале и кацо,
У тебя не жатва, а дожинки,
Грозно улыбается лицо
На таком знакомом фотоснимке.
Что ж не улыбнешься ты в ответ,
Промотав добро все до копейки?..
Руки жжет, как только из литейки,
На металле травленный портрет.