У льва под старость грива полиняла

У льва под старость грива полиняла,
Но это не беда, беда совсем в другом,
Его жена осла предпочитала,
Забыв про львят своих и дом.

Наш лев ревел своим беззвучным рыком,
И клял себя на чём весь свет стоит,
За то, что жил когда-то с шиком,
И сердцеедом страшным был прослыт.

Когда-то сам он бегал за ослицей,
Дарил подарки к праздникам и без,
Её он называл «своей царицей»,
И часто уводил подальше в лес.

В её семействе множились детишки,
Ведь лев старался не жалея сил.
Смешались там и львята, и ослишки.
Да. С ней по полной он шалил.

А тут в его семействе пополненье,
На радостях решил друзей позвать,
Но грива вздыбилась на нём от удивленья,
Когда ему ослёнка дали приласкать.

Лев понял всё, но гнев свой удержал,
Не мог найти он подходящих слов.
Лишь за столом своим он тост сказал,
За верных жён, что берегут очаг и кров.

Ещё добавил, глядя на осла,
Что счастлив он, и что ему верна жена.
Осёл чуть покраснел, но вслух сказал: «Ия».

Так выпьем же друзья,
За то чтоб нам не походить на этого осла и льва.