страдания от переизбытка чувственности

приходится сделать вывод,
         что даже в самых интимных

текстах можно понять немного:
                лишь тот особый
                человеческий опыт -
опыт писателя,
               связанный,
                прежде всего, со страданием.

*

От переизбытка чувствительности
            любой  «триггер»
                из внешнего мира,
                даже пусть омерзительный
звук или запах, 
             легко перемещает

нас по волнам  памяти
              в самый кошмарный

или в самый счастливый
                миг жизни.

Внутренний мир писателя
                увлекает читателя ,
                но оставляет

у "парадного подъезда" или у "черного входа":
                можно
                узнать   лишь  опыт

писателя,
         связанный,
                прежде всего, с его страданием
               
и переизбытком
     чувствительности.