Знала ли я, что мне будет двадцать лет?
Конечно же знала, только всерьез не верила.
Казалось что это какой-то галимый бред:
Мол, там к двадцати успокоится подреберье,
Мол, жизненный путь прорисуется хоть чуть-чуть.
И из головы сотрется лихая придурь.
И будет полегче и выдохнуть, и вдохнуть.
И будет уверенность сделать достойный выбор.
Вот только рубеж двадцати не хотел дарить
Всё это здоровое, верное, человечное.
Он просто пришел. Погладил чертей моих.
И прошептал мне: юношество не лечится.
Свидетельство о публикации №124072902116