Глава 4 прод 8

"Держите вора! - слышны крики, -
Он мой телпак хотел украсть!
(торговец шапок, обозлясь,
предоставлял толпе улики)
Вот у него моя чалма!
Вот тебетей на нём, он мой же!
Телпак напялив до чела,
Он убежать хотел! Ничтожный!"

"Я мерил. Я хотел купить!" -
То были крики оправданья.

- А чем бы смог ты заплатить?
Тебя я вычислил заранье
По твоим щупленьким рукам,
По этим ручкам шаловливым,
Что норовят в чужой кафтан
Скользнуть ничтожеством змеиным.
Тебя все знают! Ты Кагрыс!
Ты вор, хоть прячься, хоть не прячься!
А что-то пояс твой отвис?!
А ну-ка, что там? (звон раздался:
с кисета выпал золотой)
Торговец шапок приподнялся
Над обезУмевшей толпой
Повыше, с выкриком: "Народ!
В этом кисете злату счёт
Таков, что выручки едва ли
Хватило б день на всём базаре!»

- Отдайте! Это мой кисет, -
Алчин тут из толпы пробился.

- Тогда скажи, каков же цвет
Его внутри, что затаился?

- Синий. Ещё там есть пятно -
То метка - белое оно!

- Чей сей кисет, - три раза крикнув,
И тишина тому в ответ;

Торговец головой поникнув,
Алчину возвратил кисет.
И он отправился понуро
Скупой походкой к кузнецу;

(Да, у Сыргака как у вора
клеймо проклятия к лицу
пришвартовалось невидИмо, -
опять он вляпался в дерьмо ,
и в этот раз уж для Алчина
не оставалось ничего,
как только взять и удалиться,
и не устраивать разбор,
а то и сам мог очутиться
на том же месте, что и вор) …