Сердце красавицы

 6, 7

Малкома здесь знали: двое из персонала окликнули его по имени. Хотя пиццерия была маленькой и невзрачной, сильно смахивающей на забегаловку, из открытой двери кухни доносились аппетитные запахи, а почти все столики были заняты. Малком явно не ошибся с выбором.

Они втиснулись за свободный столик с плотными бумажными салфетками под тарелки. На салфетках красовались самые известные итальянские достопримечательности.

— Кьянти не советую, — предупредил Малком, — но каберне здесь вполне приличное.

— Хорошо.

Подскочила официантка. У нее были невероятно рыжие, торчащие во все стороны волосы и носик, такой же дерзкий, как и груди. Пожалуй, она едва достигла того возраста, когда сама могла бы заказать каберне.

— Привет, Мэл!

— Как дела, Кейли?

— Ой, ну, ты знаешь. — Кейли удостоила Паркер мимолетным взглядом, в котором пылали разочарование и раздражение. — Пить будете?

— Даме графин каберне, а мне колу. Сегодня работает Луиджи?

— Угадал. Тебе как обычно?

— Мы еще подумаем.

— Хорошо. Я принесу напитки.

Когда девушка отошла, Паркер приподняла брови.

— Она в тебя влюблена.

Мэл откинулся на спинку стула. Кожаная куртка нараспашку, на щеках дневная щетина, в глазах веселые дерзкие искорки.

— Что я могу сказать? Женщины так и липнут ко мне.

— Как бы она не разбила графин о мою голову.

— Вполне возможно. — Мэл подался вперед. — Ей семнадцать, она только что поступила в местный колледж. Хочет стать модельером или сочинять песни. Или заняться чем-то другим.

— В семнадцать лет сплошные «или». И влюбленности в мужчин постарше.

— С тобой тоже так было?

Паркер неопределенно покачала головой.

— Ты не пьешь вино?

— Я заключил с мамой сделку. Давно, когда был примерно на год моложе Кейли. После каждой выпитой бутылки пива или любого эквивалентного ей количества алкоголя я жду час и только потом сажусь за руль.

— Ты пил пиво в шестнадцать лет?

— Разумеется. Когда мог его достать. Если я хотел прокатиться, приходилось выполнять условия сделки.

— Большинство подростков нарушают условия, даже если искренне собираются их исполнять.

— В моем мире, если заключаешь сделку, условий не нарушаешь.

Паркер поверила и оценила, поскольку сама жила по тем же правилам.

— А теперь, когда у тебя есть свои колеса?

— Неважно. Сделка бессрочная.

— Вы уже решили, что будете заказывать?

Кейли поставила колу перед Малкомом и умудрилась стукнуть о стол графин и винный бокал, не встретившись с Паркер взглядом.

— Пока нет, — ответил Мэл, вытягивая из подставки ламинированное меню.

— А что ты заказываешь обычно? — спросила Паркер.

— Пеперони, черные оливки, острый перец.

— Отлично.

— Хорошо. Кейли, попроси Луиджи спечь нам большую пиццу.

— Конечно, Мэл. Если хочешь закуску, у нас сегодня фриттер из кабачка, как ты любишь.

— Замечательно. Большая пеперони и фриттер на двоих.

Паркер молчала, пока девушка не отошла от столика.

— Ее сердце разбивается каждый раз, как ты приходишь сюда с женщиной?

— Обычно я не привожу сюда женщин. Для свиданий я предпочитаю более укромные места.

— Это не свидание, — напомнила Паркер. — Это сделка.

— Верно. — Он потянулся к графину, налил ей вино.

Паркер попробовала, одобрительно кивнула.

— Хорошее вино и, надеюсь, без мышьяка. Итак, твой отец был военным.

— Да. Я жил на военной базе до восьми лет, пока он не погиб в Эль-Сальвадоре.

— Тяжело потерять отца в таком юном возрасте.

Их взгляды встретились, и в обоих вспыхнула горечь утраты.

— Я бы сказал, в любом возрасте.

— Да, в любом. И твоя мама переехала сюда, в Гринвич.

— Пенсия, флаг, горстка медалей. Командование делает что может, но маме пришлось работать. У ее брата ресторан. Ты, наверное, слышала.

— Кое-что. Я не очень хорошо знаю твоего дядю и его жену.

— С моей точки зрения, ты не много потеряла. Он выжимал из мамы все соки и требовал благодарности за то, что дал нам крышу над головой. Она была ему благодарна. Она…

Мэл умолк, и Паркер после короткой паузы сменила тему.

— Твоя мама подружилась с компьютером?

— Вполне. — Официантка поставила на стол закуску и две маленькие тарелки. — Спасибо, Кейли.

— Луиджи приглашал тебя заглянуть на кухню перед уходом, — произнесла Кейли, полностью игнорируя Паркер.

— Непременно.

— Когда я впервые увидела твою маму, — продолжила Паркер, — она проклинала компьютер и сердилась на тебя за то, что ты заставил ее им пользоваться.

— А потом она освоила компьютерный «Скрабл» и купила ноутбук, чтобы играть дома.

Паркер попробовала кабачок.

— Вкусно. — Она съела еще кусочек и обвела взглядом скромный зальчик. — Изумительно.

— Слишком дешево для твоих клиентов, — заметил Малком.

— Вовсе нет. Здесь можно устроить веселую непринужденную репетицию свадебного ужина. А еще это хорошее предложение для гостей из других городов, которые интересуются местным колоритом и простой вкусной едой. Всегда приятно посетить семейный ресторан.

— Откуда ты знаешь, что ресторан семейный?

— Чувствуется. К тому же это написано на обложке меню.

— Поговори с Луиджи. Он — хозяин.

— Я подумаю. А пока расскажи, как получилось, что ты сменил работу каскадера в Лос-Анджелесе на собственную автомастерскую в Гринвиче?

— Мы просто болтаем или тебе действительно интересно?

— Понимай как хочешь.

— Ладно. Кто-то решил сэкономить, купил некачественное оборудование. Трюк сорвался, я пострадал. Во избежание лишнего шума со мной щедро расплатились.

— Сильно пострадал?

— Сломал кучку костей, помял пару внутренних органов, содрал немного кожи. — Мэл пожал плечами, но Паркер не купилась на его шутливый тон.

— Звучит серьезно. Сколько ты провалялся в больнице?

— Некоторое время, — продолжил он так же беспечно. — Когда я встал на ноги, адвокаты уже все уладили. Я получил кругленькую сумму и решил, что пора завязывать. Хватит прыгать с крыш и разбиваться о стены. Страховки хватало на собственный дом, а это всегда было моей целью.

— Ты не скучаешь? По Голливуду, по киносъемкам?

Мэл взмахнул вилкой с наколотым кабачком и сунул его в рот.

— Съемки не похожи на то, что ты потом видишь в соседнем кинотеатре, Классные Ножки.

— Наверное. И я бы попросила так меня не называть.

— Ничего не могу с собой поделать. Отпечаталось в мозгах в тот день, когда вы с Эммой играли в футбол на празднике у ее родителей.

— Чинко ди Майо. А чем тебе не нравится мое имя?

— Человек-Паук.

Паркер подавила смешок.

— Его зовут Питер.

— Забавнее то, что Паркер — его фамилия. Я работал в тех фильмах.
— Ты работал с Тоби Магуайром в фильмах о Человеке-Пауке? А что… — Паркер прищурилась. — Держу пари, ты используешь эти штучки, чтобы завлекать женщин.

— Неплохой подход. Официантка поставила на стол пиццу.

— Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо, Кейли, — улыбнулся Мэл.

— Кабачок был изумительным, — похвалила Паркер.

Не смягчившись, Кейли передернула плечами.

— Я передам Луиджи, что вам понравилось.

— Кейли возненавидела меня навсегда, — вздохнула Паркер. — Надеюсь, пицца стоит ее злых мыслей, разрушающих мою ауру.

— Думаю, острый перец прочистит твою ауру.

— Посмотрим. Ты всегда увлекался автомобилями и всякими механизмами?

— Я уже говорил, мне нравится разбираться, как все работает. Следующий шаг — заставлять все работать. А ты всегда увлекалась свадьбами?

— Да. Мне все в них нравится. Так что следующий шаг — их организовывать.

— И круглосуточно оставаться на связи.

— Неизбежные издержки. И ты не хочешь разговаривать о свадьбах.

— А ты не хочешь разговаривать о машинах.

Мэл переложил на ее тарелку ломоть пиццы.

— Не очень, но бизнес мне всегда интересен. Давай попробуем поговорить о чем-нибудь другом. Ты упоминал, что жил во Флориде, а еще где?

— Япония, Германия, Колорадо.

— Правда?

— Я совсем не помню Японию и очень туманно Германию. — Мэл взял ломоть пиццы. — Первое, что я действительно помню, — Колорадо-Спрингс. Горы, снег. Мы прожили там пару лет, но снег я навсегда запомнил. Как и аромат того куста, что цвел под моим окном во Флориде.

Мэл сунул в рот кусок пиццы.

— Ты собираешься пробовать или нет?

Убедившись, что пицца немного остыла и не обожжет нёбо, Паркер попробовала. Одобрительно кивнула.

— Вкусно. Очень. — Она откусила еще. — Но пицца миссис Грейди все равно лучшая в Коннектикуте, этой я отдаю второе место.

— Пожалуй, придется выпросить у миссис Грейди кусочек, чтобы понять, права ты или просто упрямишься.

— Я могу быть и честной, и упрямой. Зависит от настроения и обстоятельств.

— Давай испытаем настроение и обстоятельства на честность. Почему ты поехала со мной?

— Мы заключили сделку.

Пристально глядя на Паркер поверх пиццы, Мэл покачал головой:

— Может быть, отчасти, но это не главная причина.

Паркер задумчиво глотнула вина.

— Ты меня разозлил.

— Ты ходишь на свидания с парнями, которые тебя злят?

— На этот раз да. Ты превратил это в вызов и нажал на следующую кнопку. В конце концов, мне стало любопытно. Из всех разнообразных факторов сложилась единая причина, по которой я сижу здесь и наслаждаюсь отличной пиццей вместо того… О, черт. — Паркер выдернула из кармана затрезвонивший телефон.

— Ответь. Потом договорим.

— Ненавижу, когда болтают по сотовому в ресторанах. Я сейчас вернусь. — Лавируя между столиками, Паркер бросилась к двери. — Я на минутку. Привет, Джастина.

Мэл с удовольствием смотрел ей вслед — джинсы сидели на ней как влитые, — затем подлил вина в ее бокал. Кейли поставила перед ним полный стакан колы, убрала пустой.

— Мне показалось, что тебе нужна добавка.

— Вовремя, спасибо. Как тебе колледж?

— Нормально. Больше всего мне нравится искусство. А кто твоя подружка?

— Ее зовут Паркер.

— Врач или коп?

— Нет. Почему ты так решила?

— Папочка говорит, что в ресторанах отвечают на телефонные звонки только врачи и копы.

Мэл взглянул на сотовый телефон, торчащий из кармана ее фартука.

— Сколько сообщений ты получила за сегодняшний вечер?

Кейли довольно улыбнулась:

— Кто считает? По-моему, она хорошенькая.

— Я тоже так думаю. Карбюратор больше не барахлит?

— Нет. Все, что ты починил, работает. Машина бегает отлично. Но ей все равно миллион лет, и она тошнотворно-зеленая.

— Ей пять лет, — поправил Мэл. — Но она действительно тошнотворно-зеленая. Если уговоришь папочку, я знаю парня, который сможет ее перекрасить.

— Правда? — оживилась Кейли. — Начну долбить его потихоньку. А ты не мог бы… — Ее улыбка погасла. — Твоя подружка возвращается.

Кейли развернулась и прошествовала к кухне. Не то чтобы торжественно, но очень близко к тому, решил Малком и, развеселившись, все свое внимание сосредоточил на усаживающейся за стол Паркер.

— Шифон? Проблемы с танго в последний момент? Кто-то хочет прискакать на свадьбу на верблюде?

— Как-то я отговорила жениха от колесницы. И от верблюда смогла бы отговорить. На этот раз одна из наших октябрьских невест только-только узнала, что ее папаша удрал в Вегас с юной охотницей за богатыми мужьями — именно так она выразилась, — из-за которой он и бросил ее мамочку.

— Случается.

— Да. Развод завершился на этой неделе, но папочка времени зря не терял. Также случается. Свежеиспеченной новобрачной двадцать четыре года, она на два года моложе дочери.

— Что подливает масла в огонь.

— Разумеется. И опять же ничего нового. Но все вместе достаточно трудно проглотить.

— Верно. И все же, пожалуй, первой жене труднее, чем дочери. — Хотя Паркер не доела первый ломоть пиццы, Мэл подложил ей второй. — И чего она хотела от тебя?

— Она не желает видеть на своей свадьбе их обоих, не желает, чтобы отец передавал ее жениху, как запланировано. Она настроилась терпеть вышеупомянутую золотоискательницу как гостью отца, но, будь она проклята, если пустит ее на свадьбу в качестве его жены и своей мачехи, признавая тем самым превосходство юной вертихвостки над раздавленной горем мамочкой.

— Я целиком на ее стороне.

— Да, ее возмущение абсолютно оправданно, и мы все сделаем, как она хочет, если она действительно этого хочет. — Паркер запила пиццу вином. — Проблема в том, что она любит отца. Несмотря на его сомнительное поведение и вероятность безумия, порожденного мужским кризисом среднего возраста…

— Эй, не только у нас бывает кризис среднего возраста.

— У вас этот кризис случается чаще и обычно с более выраженными симптомами. Несмотря на все фокусы, невеста любит отца, и то, что он не поведет ее к алтарю, расстроит ее еще больше, чем присутствие его новой жены. А когда она его простит, а я не сомневаюсь, что в конце концов она его простит, то будет всю жизнь сожалеть о своем решении.

— Ты ей все это сказала?

— Я сказала, что этот день принадлежит ей, ей и Дэвиду, и мы сделаем все, как она хочет, и не сделаем ничего против ее желаний. И еще попросила ее взять день-два на размышления.

— Ты думаешь, что она примет решение в пользу папочки?

— Да, и если я окажусь права, то проведу со второй женой очень личную и очень серьезную беседу о правилах поведения на торжествах «Брачных обетов».

— Ты запугаешь ее до смерти.

— Никогда не делаю ничего подобного, — чуть улыбнулась Паркер.
— И получишь море удовольствия.

Паркер с нарочитой изысканностью откусила крохотный кусочек пиццы.

— Это было бы мелочно и некрасиво.

— От каждой минуточки.

— Ладно, получу удовольствие, — рассмеялась Паркер.

— Теперь у нас немного больше общего.

— Как это?

— Я считаю, что если ты проучил кого-то или поставил на место, то имеешь право на удовольствие. Как я слышал, ты недавно приструнила странную мамашу Мак.

— И я не считаю полученное удовлетворение мелочным или некрасивым. Она сама напросилась. А как ты услышал об этом?

— Не только девчонки болтают, парни тоже. Дел обожает свою Макадамию и жутко злится, когда ее мамаша доводит ее до слез. Да я и сам не так давно с ней столкнулся, так что имею некоторое представление.

— Точно. Когда Мак попросила отбуксировать машину Линды. — Паркер счастливо вздохнула. — Приятное воспоминание. Представляю, как бушевала Линда, когда ворвалась в твою мастерскую.

— Можно и так обрисовать ситуацию.

Не сводя с него глаз, Паркер откусила еще один крохотный кусочек, пожевала, покачала головой.

— Ладно, выкладывай. По моим сведениям, ты заявил, что не отдашь автомобиль, пока она не заплатит за буксировку и хранение. И она закатила одну из своих знаменитых истерик.

— Примерно так. Истерику она закатила классную. Попыталась свалить все на Мак, но я не поддался, тем более что знал предысторию от мамы.

— Твоя мама знает Линду?

— Много знает о ней, а моя мама — надежный источник информации. Но даже без всякой информации я быстро бы все понял. И я не собирался отступать от генеральной линии: я отбуксировал вашу машину, извольте заплатить. — Малком взмахнул стаканом. — Она быстренько перешла от истерики к лести. Ну, не мог бы я оказать ей помощь, сделать маленькое одолжение. Однако кульминационной точкой шоу стало ее предложение оплатить счет интимными услугами.

— Она… О боже.

— Впервые в жизни мне предложили оральный секс за буксировку.

Паркер лишилась дара речи и только таращила на Мэла глаза.

— Ты сама напросилась.

— Да, действительно. Но если вдруг спросит Мак, не рассказывай ей последнюю часть.

— Она уже спрашивала, и я не рассказал. Зачем? Ее мать поставила себя в идиотское положение. Это не имеет никакого отношения к Мак.

— Не имеет, но многие этого не понимают. — «А ты понимаешь, — мысленно добавила она. — По какой-то причине ты видишь это с абсолютной ясностью». — Мак много лет страдала из-за поведения Линды. И Линда постарается хотя бы частично испортить или омрачить ее свадьбу.

— Ничего у нее не выйдет. — Мэл пожал плечами и снова принялся за пиццу. — С чем не справится Мак, справится Картер. С чем не справятся они, справишься ты.

— Я запомню это на тот случай, если мне снова приснится кошмарный сон с Линдой в главной роли. А ты рассказал Делу о… о предложении Линды?

— Конечно. Если парень получает подобное предложение, он имеет право похвастаться перед друзьями.

— Ты очень интересный человек, Мэл.

— Как и ты, Классные Ножки.

В общем, новый опыт — а это слово помогало ей взглянуть на происходящее объективно — оказался намного проще и приятнее, чем она ожидала. Хотя приходилось признать, что ее ожидания изначально были слишком низкими.

И безусловно, было бы гораздо приятнее дружить с Малкомом, как с другом Дела. Так, как она дружит с Джеком. Но если подумать, к Джеку она никогда не чувствовала неуправляемого, упрямо вспыхивающего влечения.

С кратковременным влечением вполне можно было бы справляться, пока вспышка не угаснет, тем более что это, скорее всего, рефлекторная реакция на очень привлекательного, интересующегося ею мужчину, а у нее в последнее время на свидания не было ни времени, ни желания.

Все это Паркер обдумывала, пока они возвращались к мотоциклу. Так же задумчиво она отстегнула и надела шлем, устроилась в седле за спиной Мэла. И очнулась, когда ее охватило совершенно новое чувство свободы.

Свет единственной мотоциклетной фары рассекал мрак, над головой висела луна, россыпь звезд отражалась в черной глади воды. Кроме восторженного ощущения свободы, Паркер охватила удивительная легкость, словно в одно мгновение она освободилась от всего, что переполняло ее мозги. Нет-нет, она ничего не имеет против занятости, против постоянной работы мозга, она даже подпитывается этим. Но как же давно, слишком давно она не позволяла себе выбросить из головы абсолютно все и перезарядиться.

Кто мог представить, что вечер с Малкомом подарит ей такие пьянящие ощущения?

Она не ждала ничего необычного. Она ценила реальность, свою реальность, но Малком подарил ей передышку, маленькое приключение, очень приятное нарушение рутины.

Когда на полной скорости мотоцикл свернул на подъездную аллею поместья, Паркер чувствовала себя взбодрившейся, счастливой и очень дружелюбной по отношению к Малкому Каванафу. А когда Мэл выключил двигатель, неожиданная тишина показалась еще одним приятным сюрпризом. Паркер соскочила с мотоцикла, довольная тем, каким естественным стало для нее это движение, отстегнула и протянула Мэлу шлем. И рассмеялась.

— Должна сказать, что это самая легкая сотня, какую я когда-либо зарабатывала.

— Для меня тоже. — Мэл проводил ее до парадных дверей. — Итак, тебе понравилось.

— Очень понравилось. Спасибо за…

Она моментально забыла все, что собиралась сказать. Его крепкое тело припечатало ее спиной к двери, его руки прижали к бокам ее руки, вытянутые вдоль тела. Его губы жадно впились в ее губы, пробуя, не отпуская… и порождая в ней ответную дрожь.

Она должна была возразить, оттолкнуть, но чувство беспомощности, необыкновенное волнение, ощущение уходящей из-под ног земли заставляли цепляться за него. И она поддалась, оставила все попытки взять себя в руки и ответила на его штурм с таким же пылом и безрассудной алчностью.

Гулкий удар сердца слегка отрезвил ее.

— Подожди, — умудрилась прошептать она.

— Еще минутку.

Он хотел больше, он брал больше. Как и она.

Именно этот тлеющий под неприступной холодностью огонь привлек его с самого начала. Теперь, когда пламя разгорелось, он с радостью сгорел бы в нем дотла. Он удерживал ее руки, чтобы не дать волю своим, чтобы не потерять контроль над собой, ведь ему безумно хотелось сорвать эти стильные тряпки и добраться до ее тела.

Почувствовав, что безумие начинает брать верх, Мэл поднял голову, но Паркер не отпустил и не отодвинулся.

— Надеюсь, ты поняла, что я не отступлю.

— Я никогда не говорила…

— Мы заключили сделку.

— Которая вовсе не значит, что ты можешь… — Она умолкла, и он отчетливо увидел, как она берет себя в руки, успокаивается. Боже, как не восхищаться этим! — Это вовсе не значит, что ты можешь хватать меня и лапать в любой момент, когда тебе приспичит утолить жар.— Я тебя не хватал, — заметил он. — И не лапал. — Ради напоминания, он слегка сжал ее руки. — Хотя все время об этом думал.

— Неважно. Я не собираюсь… Ты не мог бы немного подвинуться… пожалуйста.

— Ради бога. — Мэл отпустил ее руки и отступил.

— Я не стану терпеть подобное обращение. Ты не можешь просто набрасываться на меня, когда тебе захочется.

— Вероятно, я немного увлекся. Так что виновен. — В темноте его глаза мерцали, как у кота… на охоте. — Но, милая, ты от меня не отставала, и, надеюсь, у тебя хватит духу признать это.

— Ладно, — произнесла она после недолгой паузы, — ты прав. Но моя чисто физическая реакция вовсе не означает… Что тебя так развеселило?

— Ты. Ты мне ужасно нравишься, особенно, когда напускаешь на себя такой высокомерный вид.

— Черт побери, с тобой невозможно разговаривать.

— Я просто хотел сказать, что испытываю к тебе какое-то чувство и хочу посмотреть, что из этого выйдет. Однако мы можем начать с физической реакции, если так тебе больше нравится.

— Лучше сразу пойми, что я воспринимаю отношения серьезно, и если ты думаешь, что я прыгну с тобой в койку из-за…

— Я не приглашал тебя в койку.

Он увидел, как гневно затуманились ее глаза, и еле удержался, чтобы снова не прижать ее к двери и начать все сначала.

— И ты спокойно стоишь передо мной и говоришь, что не этого хотел и не это собирался сделать?

— Ну, разумеется, я хочу тебя в постели — или в любом другом месте, которое подвернется, — и я собираюсь это сделать. Но я не спешу. Хочешь прыгнуть? Это снимет напряжение, а я люблю напряжение. К тому же трудно понять, как что-то работает, трудно узнать человека, когда вы просто трахаетесь.

Это было так честно и так чертовски логично, что Паркер заколебалась.

— Какой-то дурацкий разговор.

— А мне он кажется разумным и цивилизованным. Точно в твоем духе. Хочешь услышать, что я все время думаю о том, как бы вытащить тебя из очередного стильного костюмчика и выяснить, что скрывается под ним? Добраться до твоего тела? Почувствовать, как ты движешься подо мной, надо мной? Услышать, как я хотел бы следить за твоим лицом, когда мы вместе, когда ты теряешь контроль, когда я лишаю тебя контроля?… Да, Паркер, я всего этого хочу. Но я не спешу.

— Я не ждала этого… тебя… этого.

— Все этого ждут. Ты не искала, не ждала этого со мной. Я понял. Но я не отступлюсь. Потому что нельзя отрицать тот факт, что между нами, прости, физическая реакция. И если бы ты не хотела, чтобы я на тебя набрасывался, ты меня отшила бы, и, может, даже с удовольствием.

— Ты не знаешь меня так хорошо, как тебе кажется.

Мэл покачал головой:

— Классные Ножки, я только поцарапал поверхность и не собираюсь на этом останавливаться. Я еще вернусь.

Паркер почувствовала, что проигрывает. Спор… не спор… в общем, как бы это ни называлось, но проигрывает.

— Я ухожу.

— Тогда до свидания.

Она повернулась к нему спиной, почти ожидая, что он снова набросится на нее. Но когда она открыла дверь, он просто стоял поодаль — как джентльмен, если бы она не знала его лучше, — пока она не вошла в дом.

Закрыв дверь, Паркер постояла еще немного, пытаясь прийти в себя, пока рев мотоцикла не разорвал тишину.

Все его слова — чистая правда.

Более того, он чертовски хорошо ее понял, лишь слегка поцарапав, как он сказал, поверхность. Это… пугало и радовало одновременно.

Поднимаясь по лестнице, она призналась себе, что никто, никто, кроме тех, кого она считала своей семьей, не знал ее досконально.

Она пока не понимала, как относится к намерениям Малкома, и не была уверена в том, сможет ли его остановить. А самое главное, она совершенно не представляла, что ей с ним делать.
7

Паркер предпочла бы нарушить традицию и избежать сексуальной истории к завтраку, однако мотоциклы имеют привычку издавать вполне определенный шум, который Мак, наслаждаясь вечером с Картером в своем новом патио, прекрасно расслышала.

Заспанная Макензи втащилась в домашний спортзал, когда Паркер уже почти закончила тренировку, а Лорел приближалась к финишу, но на уме у нее были не только бицепсы.

И она притащила с собой Эмму.

— Я попросила миссис Грейди спечь оладьи, — объявила Мак. — Обожаю оладьи под сексуальную историю.

— А кто рассказывает? — поинтересовалась Лорел.

— Паркер.

— Минуточку! — Лорел подскочила к внезапно замершей в затейливой позе Паркер. — У тебя сексуальная история к завтраку, а ты мне и словом не обмолвилась?

— Ничего особенного. И мы безумно заняты сегодня и все следующие дни.

— Если ничего особенного, то где ты вчера вечером ошивалась почти три часа вместе с Малкомом и его мотоциклом? — Мак только улыбнулась, когда Паркер плавно распрямилась. — Нам необходимы оладьи.

— Макензи, я же не контролирую твои приезды и отъезды.

— Ой, только не надо со мной таким тоном, — отмахнулась Мак, начиная качать бицепсы на «Бауфлексе». — Мы с Картером услышали, как приехал Мал, и я увидела, как ты уезжаешь, только потому, что была во дворе. Поэтому да, я прислушивалась, когда ты приедешь. Ты бы поступила точно так же.

— Ты с ним поругалась? — спросила Эмма. — Он тебя расстроил?

— Нет, я не расстроена. — Промокнув влажное лицо, Паркер отошла бросить полотенце в корзину. — У меня просто нет времени на оладьи и сплетни.

— Даже если в огнях рампы одна из нас? — Лорел вскинула голову. — Паркер, мы делимся информацией. Мы рассказываем друг другу обо всем, что с нами происходит. Это традиция. Если ты пытаешься улизнуть, я просто делаю вывод, что развитие событий тебя напрягает.

— Вовсе нет. — «Да, — мысленно признала она. — Да, именно так». — Ладно. Отлично. Оладьи и все остальное, но у меня полно работы, поэтому в сокращенном варианте.

Когда она вышла из комнаты, демонстрируя раздражение в каждом шаге, девушки переглянулись.

— Может, я поговорю с ней? — предложила Эмма,

— Ты же знаешь, что она должна выпустить пар. — Лорел схватила полотенце, протерла лицо и шею. — Она немножко злится, но ничего, справится.

— Ты права, она действительно тревожится из-за всей этой истории с Мэлом. — Мак переключилась с бицепсов на трицепсы. — Если бы ничего особенного, она бы так и сказала или посмеялась бы. Когда в последний раз Паркер тревожилась из-за парня?

— Я бы сказала, никогда. Не было такого парня, — ответила Лорел.

— Теперь у нас есть кто и когда. Это хорошо или плохо?

— Я думаю, хорошо. — Эмма решила, что раз уж она здесь, с тем же успехом можно забраться на эллиптический тренажер. — Мэл совсем не похож на ее обычных парней, что, вероятно, и является одной из причин ее беспокойства. И она ни за что бы никуда с ним не поехала, если бы не хотела… на каком-то уровне. К тому же Мак сказала, что она была в джинсах и классной кожаной куртке. Значит, она переоделась специально для поездки с ним.
— Я не шпионила, — поспешила оправдаться Мак. — Я просто увидела. Случайно. Ну, почти случайно.

— А кто спорит? — отмахнулась Лорел. — Если бы я услышала, как она с ним уезжает, поступила бы точно так же. Господи, хорошо, что Дел не знает. И давайте оставим его в счастливом неведении, пока сами не разберемся. Я не хочу, чтобы он доставал Мэла и Паркер, как Эмму и Джека. А теперь я бегу в душ и благодарю бога за то, что Дел завтракает в ресторане с клиентом. Увидимся внизу.

— Я думала, что она отшутится, — сказала Мак Эмме, когда они остались одни. — Я не хотела ее огорчать.

— Ты не виновата. Лорел права: рассказывать друг другу обо всем — наша традиция.

К тому времени, как Паркер, приняв душ, подготовилась к рабочему дню, раздражение сменилось чувством вины. «Это наша традиция, — напомнила она себе, — и зря я огрызалась на подруг. И слишком много внимания я уделяю вечеру с Малом. Слишком серьезно отношусь к тому, с чем прежде расправлялась легко и просто.

В общем, проведем, как и положено, традиционный ритуал, посмеемся, и на этом все закончится».

Когда Паркер вошла на кухню, миссис Грейди взбивала тесто.

— Доброе утро, моя девочка.

— Доброе утро, миссис Грейди. Я слышала, что у нас оладьи.

Миссис Грейди подождала, пока Паркер нальет себе кофе, и хмыкнула.

— Теперь ты сделаешь себе татуировку?

— Что?

— Ну, это следующий шаг после гонки на «Харлее». — Паркер не надо было смотреть на миссис Грейди, чтобы распознать насмешку.

— Я подумывала, учитывая мой род занятий, о маленьком сердечке в укромном месте. Может, с буковками СВ внутри. Счастливы Вместе.

— Очень мило и подходяще. — Миссис Грейди отставила тесто и принялась чистить ягоды. — Вероятно, мы с тобой еще подеремся из-за парня, ведь он принес мне цветы и пригласил на танцы.

— Вам нравится меня подкалывать.

— Разумеется. Он напоминает мне кое-кого.

— Правда? — Паркер прислонилась к рабочему столу. — Кого?

— Знавала я одного отчаянного парня, дерзкого и сладкоречивого. Красивого и сексуального, как сам грех. Когда он обращал внимание на женщину, она это сразу понимала. Мне повезло. Я вышла за него замуж.

— О, миссис Грейди, он не… Он действительно похож на вашего Чарли?

— Тот же типаж. Всегда справлялся с трудностями, с оставшимися от них шрамами, добивался поставленной цели. Немного бесшабашный. Я сказала себе — о своем Чарли — о, нет, с этим парнем я не стану связываться. И я сказала это снова, когда назад дороги уже не было.

Улыбка смягчила ее лицо, заискрилась в глазах.

— Трудно сопротивляться дерзкому красавцу, если он хороший человек. Они просто сбивают с ног. Я каждый день благодарю бога за то, что не сопротивлялась слишком долго, ведь нам с Чарли было отпущено так мало времени.

— У меня и Мэла все не так. Это просто… — «Я не знаю, что это, — подумала Паркер, — и в этом часть проблемы».

— Что бы там ни было, ты заслуживаешь внимания и удовольствий, которых давно сторонишься. — Миссис Грейди обхватила ладонями лицо Паркер, погладила ее щеки. — А сейчас, я чувствую, ты наслаждаешься каждой минутой.

— Я не хочу увлечься и совершить ошибку.

— А я не возражала бы. — Миссис Грейди притянула Паркер к себе и поцеловала в лоб. — Я искренне желаю тебе получить удовольствие, чем бы это ни закончилось. Присядь, выпей кофе. Сейчас тебе необходим хороший завтрак и подружки.

«Может быть», — подумала Паркер, однако не успела она сесть за стол, как позвонила одна из нервных невест. Поскольку разрешение чужих проблем стало для Паркер второй натурой, она в процессе успокоилась и сама.

— Эмма и Мак уже идут, — объявила вошедшая Лорел. — Чем-нибудь помочь, миссис Грейди?

— Все под контролем.

— Эй, какие красивые цветы.

— От моего парня, — подмигнула экономка. — Того, что Паркер пытается у меня украсть.

— О, эта шлюха. — Довольно улыбаясь, Лорел налила себе кофе и села рядом с Паркер. — Как только обсудим личное, можем переключиться на бизнес. Прямо здесь. Я не сомневаюсь, что в твоем «BlackBerry» есть все данные по сегодняшнему мероприятию. Сэкономим время, о котором ты так тревожишься.

— Ладно. Я не должна была набрасываться на Мак.

— Коленный рефлекс. Я, пожалуй, еще больше разозлилась бы.

— Но от тебя мы другого и не ждем.

— Достойный ответ. — Рассмеявшись, Лорел ткнула подругу пальцем: — Я пока ничего не скажу Делу, однако…

— Нечего говорить. Сама поймешь, как только все соберутся.

— А вот и они. Начинай просвещать нас.

— Прости меня, Мак, — извинилась Паркер.

— Уже простила и забыла.

— Ешьте ягоды, — приказала миссис Грейди, ставя на стол миску.

— Я раздула из мухи слона. — Паркер послушно зачерпнула ложкой ягоды и высыпала их на свою тарелку. — Слишком всполошилась и вас всех переполошила. Все так странно. И в то же время довольно просто.

— Почему бы тебе не рассказать, а мы уж сами решим, странно это или нет, — предложила Лорел. — Упираясь, ты только придаешь этому еще большее значение.

— Хорошо, хорошо. Мэл приехал с цветами для миссис Грейди.

— Ой, — не удержалась Эмма.

— Поскольку миссис Грейди не было, мне показалось естественным пригласить его в дом, чтобы он написал записку, пока я ставлю цветы в вазу. В любом случае я хотела продемонстрировать, что не заинтересована им.

— Ты пригласила его, чтобы сообщить, что он тебе безразличен? — уточнила Мак.

— Да. У него появилась эта привычка… заигрывать со мной, и я хотела прояснить… Ну, ладно, я не остановила его в прошлый раз, когда…

— Тот жаркий поцелуй, — вспомнила Эмма.

— Вовсе нет… Да, — признала Паркер. — Когда он ужинал здесь и я пошла его провожать, он поймал меня врасплох, и я ответила на его поцелуй. Вот и все. Я же живая. Но он близкий друг Дела, и я чувствовала, что должна объяснить: мол, я не заинтересована.

— И он поверил? Ммм, спасибо, миссис Грейди. — Мак схватила стопку оладий с блюда, которое миссис Грейди водрузила в центр стола. — Если он поверил, значит, далеко не так умен, как я думала.

— Похоже, не поверил, потому и предложил сделку. Поездка на мотоцикле, ужин в непринужденной обстановке, и, если мне не понравится, он отступится.

— И ты согласилась? — Лорел схватила сироп. — Ты не раздавила его, как вредную букашку? Не заморозила фирменным ледяным взглядом Паркер Браун?

Паркер поднесла к губам чашку, отхлебнула кофе.

— Ты хочешь, чтобы я рассказала, или будешь гадать?

Лорел величественно взмахнула рукой:

— Валяй.

— Я согласилась, потому что, как мне показалось, так было проще, и, да, потому что мне было любопытно. И зачем портить отношения с другом Дела? Я поеду, он отступится. Никто не в обиде. А когда мы уже вышли из дома, он рассказал мне о пари.
— Каком пари? — удивилась Эмма.

Паркер объяснила.

— И Картер? — Мак вскинула голову и расхохоталась. — Он поставил на Мэла? Молодец.

— А мне нравится, что Мэл сказал тебе о пари до того, как ты села на мотоцикл. — Эмма взмахнула вилкой. — Он же понимал, что дарит тебе предлог отказаться от поездки.

— Я оценила. И еще настояла, чтобы он отдал мне половину выигрыша. Это справедливо.

— Куда вы ездили? — спросила Эмма.

— В Олд-Гринвич, в маленькую пиццерию. Довольно милую. И я не собираюсь отрицать, что забавно мчаться на мотоцикле — даже очень забавно, — и не собираюсь утверждать, что неприятно есть с Малкомом пиццу. Он интересный человек.

— Сколько раз тебе позвонили, пока вы были вместе? — поинтересовалась Лорел.

— Четыре.

— И как он отреагировал?

— Мол, не стесняйся, бизнес есть бизнес. Да, это очки в его пользу. Но дело в том, что после идеального вечера, не успели мы вернуться и подойти к двери, как он…

Эмма нетерпеливо заерзала на стуле.

— А вот и сексуальная часть.

— Он просто набросился на меня. Каждый раз, как он на меня набрасывается, у меня отключаются мозги. Он так целуется, что я просто перестаю соображать. Это рефлекс. Или реакция.

— Он пылкий и стремительный или медлительный и непринужденный? — спросила Мак.

— Не уверена, что у него вообще есть первая передача.

Мак подтолкнула Эмму локтем:

— Я тебе говорила.

— Когда мои мозги наконец заработали, я ему заявила, что не потерплю подобного обращения, что он не смеет просто хватать меня и делать, что ему хочется. А он только развеселился. Вот как вы, трое… и вы тоже, миссис Грейди, не думайте, что я вас не вижу.

— Ты тоже целовала его, не так ли? — уточнила миссис Грейди.

— Да, но…

— Тогда нечего во всем винить мальчика.

Паркер хотела надуться, очень сильно хотела, но вместо этого пожала плечами.

— Это просто физическая реакция.

— Не знаю, что это, — заявила Лорел, — но если и так, то что с того?

— Я не собираюсь… связываться с ним, — вспомнила Паркер слова миссис Грейди, скосила глаза и увидела, как экономка вскинула брови. — Я не собираюсь завязывать близкие отношения, когда чувствую, что это может быть ошибкой. Особенно, если парень — друг Дела, Джека, Картера. Особенно, если я почти его не знаю или мало знаю о нем.

— Разве свидания не помогают узнать парня лучше? — Эмма накрыла ладонью ладонь Паркер. — Он тебя заинтересовал, по тебе видно. Он тебе нравится. Ты из-за этого и нервничаешь.

Мак вскинула руки:

— Тебе было с ним весело, Паркс. Почему бы еще не повеселиться?

— У него иммунитет на твой неприступный вид, на твои ледяные лучи. Ты не в силах предсказать его поведение, его реакции, ты не можешь его контролировать. — Лорел под столом погладила ногой ногу Паркер. — Вот ты и ищешь причину для отказа.

— Я не такая мелочная.

— Не мелочная. Просто боишься подпустить его слишком близко, вдруг он станет значить для тебя больше, чем ты рассчитывала. Думаю, уже значит.

— Я просто не знаю. А я не люблю не знать.

— Тогда не спеши с решением и выясни, — сказала Эмма.

— Хорошо, я подумаю. Честно. — Как будто она могла не думать! — Вот и вся сегодняшняя сексуальная история. Я высоко ценю ваше участие, правда, но пора заняться делом. Мы уже задержали наше совещание, и нам еще готовиться к торжеству.

Мэл установил новые опоры двигателя на «Форд Тандерберд» шестьдесят второго года выпуска. По желанию клиента он перебрал почти весь мотор, и, когда работа будет закончена, все триста девяносто кубических дюймов с довольным урчанием помчат роскошное спортивное купе по скоростным автострадам. Мэл уже заменил тормозные колодки, отремонтировал систему охлаждения, очистил и настроил три двухкамерных карбюратора Холли.

По самым скромным подсчетам, через пару часов можно будет провести тест-драйв.

— Красотка.

Малком высунул голову из-под капота и увидел Дела в полной экипировке успешного юриста.

— Уникальная. Шестьдесят второго года. Триста девяносто кубиков, обтекаемая, как пуля. Одна из двухсот выпущенных штук.

— Не шутишь?

— Дорогущая серия. Эту птичку клиент купил на аукционе и восстановил. Классика. Красная снаружи, красно-белая внутри. Белая обивка, белые диски. Восстановив внешний вид, клиент обнаружил, что на больших скоростях возникают проблемы.

— И здесь понадобился ты.

— Я решаю проблемы. Взгляни.

— С удовольствием, тем более от меня не требуется знать, на что я смотрю, или понимать хотя бы половину того, о чем ты говоришь.

— Полный тюнинг. Хромирование.

Дел заглянул под капот, увидел большой мотор, много черных и немного сверкающих хромом деталей; на некоторых красовалось клеймо «Тандерберд». Прекрасно зная свою роль, Дел кивнул с важным видом.

— Итак, на что она способна?

— После того, как я с ней закончу? На что угодно, кроме поцелуя на ночь. — Мэл выдернул из заднего кармана бандану, обтер ею руки. — У тебя проблемы с «Мерседесом»?

— Нет, у меня был деловой завтрак в городе, и я привез документы, которые ты просил составить. Если хочешь посмотреть сейчас, могу уделить тебе десять минут. Или оставлю их в твоем офисе, прочтешь, когда сможешь. Возникнут вопросы, позвони.

— Я сейчас занят по горло, так что прочту позже. Тем более от меня не требуется знать, на что я смотрю, или понимать хотя бы половину того, о чем ты говоришь.

— Я дам тебе пояснения в любой момент. — Задумчиво хмурясь, Дел снова заглянул под капот. — Может, когда-нибудь ты просветишь меня насчет мотора.

Офис Мэла представлял собой закуток, выгороженный из мастерской и меблированный металлическим столом, парой шкафчиков для хранения документов и вращающимся стулом. Дел вошел, достал из портфеля папку и положил в лоток поверх кучки корреспонденции.

Мэл вошел следом, сунул тряпку обратно в карман.

— Мы могли бы потратить те десять минут на личное дело.

— Конечно. Какое?

— Вчера вечером мы с Паркер прокатились.

Дел вытаращил глаза, покачал головой:

— Ты загнал ее на мотоцикл? Под дулом пистолета?

— Мы заключили сделку. Прокатимся, поужинаем, потом я привезу ее домой, и, если ей не понравится, я отступлюсь.

— Значит, ты… — На этот раз Дел среагировал быстрее. — Отступишься от чего?

— От нее и от того, что между нами происходит.

— Что именно?

«У Браунов это общее», — подумал Мэл, увидев мгновенно заледеневший взгляд Дела.

— Ты правда хочешь, чтобы я уточнил?

— И когда это началось?

— Для меня? Минуты через две после того, как она впервые со мной заговорила, и с тех пор сильно разгорелось. Для Паркер? Спроси у нее. Я тебе сообщаю, поскольку она действительно хорошо провела время, и я не отступлюсь.
— Насколько далеко все зашло?

Мэл выдержал паузу:

— Знаешь, Дел, я представляю, как ты относишься к Паркер, к ним ко всем. И на твоем месте я, вероятно, вел бы себя так же. Однако я не стану обсуждать Паркер с тобой. Если хочешь спросить ее, это ваше дело. Но если ты думаешь, что я ищу только легкого секса, то мы с тобой знаем друг друга не так хорошо, как полагали.

— Она моя сестра, черт возьми.

— Если бы она не была твоей сестрой, мы сейчас не вели бы этот разговор. А еще она красивая, умная, интересная женщина. И не легкомысленная. Если и когда она захочет избавиться от меня, она так и сделает.

— И если сделает?

— Мне будет очень жаль, потому что, как и эта машина, она — редкой породы. Яркая, стильная и чертовски красивая. И стоит того, чтобы потратить на нее кучу времени и сил.

Явно расстроенный, Дел сунул руки в карманы.

— Я не знаю, что сказать.

— Ничем не могу помочь, — пожал плечами Мэл. — Между прочим, можешь отдать ей мою сотню. Когда мы уже заключили сделку, я счел своим долгом рассказать ей о пари. На случай, если она решит разозлиться и прогнать меня к чертовой матери.

— Отлично. Великолепно.

— Она не разозлилась. Просто захотела получить свою долю. Господи, кто бы не запал на женщину, у которой мозги так работают? В любом случае справедливо, если свою долю она получит от тебя. Я заберу сотню у Джека, а уж вы вдвоем разберетесь с Картером.

— Я пока не знаю, решили ли мы эту проблему. Я еще должен подумать. Но одно я знаю: если ты ее обманешь, если обидишь, я набью тебе морду.

— Понял. А если так: если я ее обману, если обижу, то не стану тебе сопротивляться.

— Сукин сын. Читай свои чертовы документы. — Не сказав больше ни слова, Дел развернулся и вышел.

«Могло быть и хуже, — подумал Малком. — Дел мог сразу дать мне в морду, как Джеку из-за Эммы. Так что мы еще неплохо поговорили. Ну, да ладно, пора возвращаться к работе. Уж здесь-то я точно знаю, что делать, и вряд ли напортачу».

Дел помнил график Паркер и решил вернуться домой пораньше, чтобы поговорить с сестренкой начистоту. Сегодня у нее репетиции и торжество, что любому другому не оставило бы ни одной свободной минутки, но Паркер всегда выделяла время на непредвиденные обстоятельства. Очень профессионально, на его взгляд.

Он заранее рассчитал так, чтобы приехать к концу первой репетиции, когда Лорел занята на кухне, а Эмма с командой уже наряжают дом к прибытию свиты вечерней невесты, но до начала второй репетиции.

Мак, насколько он знал, будет занята фотосъемкой.

Дел поднялся по парадным ступенькам, когда Паркер прощалась с клиентами и их гостями.

— Ты сегодня рано.

— Да, специально кое-что перетряс, чтобы помочь вам всем.

— Помощь нам не помешает. Следующая репетиция через пятнадцать минут, а сегодняшняя невеста со свитой приедут на прически и макияж минут через тридцать. Мы не выбиваемся из графика, но…

— Хорошо. Давай используем те пятнадцать.

Дел взял ее за руку и повел на лужайку.

— Похоже, вчера вечером кто-то видел меня с Малкомом и доложил тебе. — Паркер одернула жакет. — Дел, мы слишком хорошо знаем друг друга.

— Я так думал. Но тогда я и вообразить не мог, что ты станешь играть в Подружку Байкера.

— И что это значит?

— Посмотри в словаре.

— Отлично. Если ты собираешься читать лекцию об опасностях езды на мотоцикле, то сначала предоставь мне письменное показание под присягой, что сам не гонял на мотоцикле в последние три года.

Ладно, этот аргумент он может принять. Чтобы выиграть еще немного времени, Дел достал бумажник, вытащил сотню и вручил ее Паркер.

— Спасибо. — Сложив банкноту, Паркер сунула ее в карман.

— Ты поехала с ним из-за пари?

— Я поехала с ним, несмотря на пари.

— Теперь, когда с пари покончено, ты собираешься еще с ним кататься?

— Он меня не приглашал, и я еще не решила. — Паркер внимательно изучала лицо брата. — Поскольку я не вижу следов драки, а, как я думаю, Малком может за себя постоять, вы не подрались, когда он сказал тебе, что я знала о пари.

— Я не имею привычки поколачивать людей. Джек был исключением, — уточнил Дел прежде, чем Паркер ему напомнила. — И Мэл избежал драки, выложив мне… все напрямую.

— Он сам тебе рассказал? — спросила Паркер после паузы.

— В отличие от тебя.

Паркер отреагировала, не подумав о формулировках:

— Дел, ты действительно живешь с иллюзией, что я рассказываю тебе о каждом мужчине, с которым встречаюсь?

— Значит, ты и Мэл встречаетесь?

— Нет. Может быть. Я еще не решила. Можно мне провести перекрестный допрос насчет всех, с кем ты встречаешься, вернее, встречался до Лорел? И если ты скажешь, что это совсем другое, может, я отколочу тебя.

— Я пытаюсь найти выражение, заменяющее «это совсем другое». — Паркер фыркнула, и Дел снова взял ее за руку: — Давай начнем с того, что ни один из парней, с которыми ты встречалась, не был моим другом. Моим близким другом.

— Верно. А вспомни, вмешалась ли я, когда ваши с Лорел отношения изменились? Мой брат и одна из моих самых близких подруг? Нет, Дел, как ни крути, это не другое.

— Я не вмешиваюсь. Я просто очерчиваю границы, пытаюсь оценить ситуацию.

— Я сама еще не понимаю ситуацию. Мы прокатились на мотоцикле, поужинали пиццей и…

— И?

— И завершили стандартный ритуал свидания прощальным поцелуем.

— Значит, он тебя заинтересовал.

— Я не равнодушна к нему. Сама удивляюсь, но я не равнодушна. Вчера вечером я хорошо провела время, чего не ожидала. Я расслабилась, получила удовольствие, а я давно не чувствовала ничего подобного рядом с мужчиной. Просто получила удовольствие. Он мог быть твоим клиентом, Дел, или просто знакомым, но то, что он твой друг, говорит о том, что он не только тебе нравится, ты ему доверяешь и уважаешь его. Можешь назвать причину, почему я не должна чувствовать то же самое?

— Нет. — Дел шумно втянул воздух и хмуро уставился вдаль. — Черт побери.

— И очень важно, что он рассказал тебе сам. Я рассказала Лорел и остальным только сегодня утром. И я не уверена, что рассказала бы, если бы Мак не услышала рев мотоцикла и не увидела, как я укатила с Мэлом. Это не очень хорошо меня характеризует.

— Ты не хотела втягивать их в наши разборки.

— Отчасти… но это не главное. — Паркер помолчала, остановилась, повернулась к нему лицом. — Дел, не ссорься с Мэлом из-за меня. Пожалуйста, не превращай меня в яблоко раздора.

— Хорошо, не буду. Если только он все не испортит. Тогда я набью ему морду, и он об этом уже знает. Вообще-то, он согласился, что если напортачит, то сопротивляться не будет. И я согласен, — признал Дел, — это хорошо его характеризует. Я неплохо его знаю, он не кривил душой.

Паркер обняла Дела.— Я прекрасно могу позаботиться о себе сама, но как чудесно иметь старшего брата, который всегда готов за меня заступиться.

— Рассчитывай на меня.

— Я рассчитываю. А теперь, — она отстранилась, — если ты приехал помочь, разыщи Эмму. Ей больше всех нужны лишние руки. А вот и следующая группа.

Паркер поспешила к парковке встречать прибывших гостей, удивляясь, что, едва признавшись самой себе в искреннем интересе к Малкому Каванафу, провела добрую часть дня в разговорах о нем.

Более того, она почти весь день о нем думала.
Нора Робертс