Я стихи и прозу доверял огню

Тут стих как человек, который торжественно сжёг рукописи — и тут же аккуратно сложил пепел в конвертик: «Это не тщеславие, это судьба такая».

Автор начинает с эффектного жеста “доверял огню” — сразу слышится аромат мирового масштаба и биография с трагической полкой. Но дальше выясняется, что огню доверяли не рукописи, а, скорее, самооценку: «Не дурак, не гений» — это же почти паспортная прописка поэта: “в целом, гражданин годный, к вдохновению пригоден”.

Очень уютно сделан переход от “золотой розы” к “дождь осенний по карману мне” — как будто сказал: “Да, я мечтал о вечности, но скидки на меланхолию сегодня приятнее”. И дальше — набор сезонных спецэффектов: вьюга шелестит, июль жарит… всё красиво, всё атмосферно, но ощущение такое, что герой арендует погоду вместо счастья: недорого и без обязательств.

Кульминация особенно милая:
«Не везёт, хоть тресни!» — кто-то слёзы льёт.
Кто-то — это, конечно, не я. Я просто рядом стоял и философски наблюдал, как плачет “кто-то”. Уровень самоиронии есть, но он работает как зонтик: мокро всем, но автор — при достоинстве.

А финал — чистая поэтическая бухгалтерия: душа берегла “не на потеху”, значит, страдание учтено, песни в мир отпущены, и даже если “золотую розу” не сберёг — зато эхо вернётся и оформит апогей. Красиво, честно, и по-кувшиновски: вроде бы “сжёг”, а по факту — бережно переложил в вечность через вентиляцию.

В целом: стих — как тихая исповедь человека, который не просит аплодисментов, но на всякий случай оставляет адрес, куда апогей можно прислать обратно.

Жалнин Александр   16.02.2026 12:55   •   Заявить о нарушении