II Кансона на отъезд

Тебя в пустыне мглистой окликая,
Я признаюсь, звезда моя земная,
Что не могла бы девушка другая
Быть столь близка.
Но вялы листья, под ноги слетая,
И тяжки облака.

Как алый ток любовь моя живая;
Летучий образ снова призывая,
Не жду, что ты ответишь мне, благая,
Издалека.
И,от ночного ливня разбухая,
Темно ворчит река.

Живет во мне цветная небылица;
Под шепот капель снова пусть приснится
Твой смех, и, как невиданная птица,
Вспорхнет рука.
И в памяти от ночи, что промчится -
Смятения строка.

Пусть будет то, чему дано случиться;
Всему любовь единая царица,
Я рад ее веленьям подчиниться,
Хоть власть горька.
А ветер норовит петлею свиться
На горле тростника.

Весна тянулась к нам из колыбели,
И двери потемневшие скрипели,
И ты, неся биение капели,
Была легка.
И мы друг другу передать не смели,
Как тайна глубока.

Сокрытым жаром речи пламенели;
Я в сердце вопрошал: "не о тебе ли
Жонглеры стародавние мне пели,
Что боль сладка?!"
Наедине стыдились мы, робели,
А встреча коротка.

И беды осадить меня успели
Исподтишка.