История надругательства над сердцем

663


Предметом дерзкой одержимости
её безропотных шагов
стал род мужской своей наивностью,
за чувства к ней на всё готов.

Один из них уже на привязи.
Она и он, оазис нег.
Не ясно, кто назначен призванным,
и кем явится человек.

Он полюбил. Он душу вывернул.
И сердце в блюдце положил.
Он так мечтал, что будет избранным,
чтоб подарить весь спектр сил.

Он полюбил. Он грезил святостью,
неся огонь высоких чувств.
Он был исполнен высшей радости.
Но друг был холоден и пуст.

Он так искал её признания.
Ходил с протянутой рукой,
но был в потоках невнимания,
экспериментов над собой.

Она в наплывах инфантильности,
засевших в ней не по годам,
не проявляла должной милости,
определив огонь как спам.

В контекстах мыслей нескрываемых
мир материальный укротить,
она была неприкасаема,
не дав ему себя любить.

Не веря правде романтической,
не поддержав амурных дел,
явила злость Её Величество,
чтоб быть с Удачей не сумел.

Любовь в разы была уменьшена.
Запрет на всё со всех сторон.
Таков пассаж от милой женщины.
Желаний танец обнулён.

Не улыбнуться, не расслабиться.
Не воспылать одной мечтой.
Погиб в жестоких трансформациях,
утратив почву под собой.

Разбито сердце оскорблённое.
Надменность, холодность, порок.
Они могли бы стать влюблёнными, коль не кармический урок.

Прекрасна леди и талантлива.
Респект ей за искомый взлёт.
Финал сверкнёт богатым папиком.
Что рисовала, то придёт.

Взглянув на зеркало пророчества
в её достигнутую цель.
Увы, он видит одиночество,
её холодную постель.

Всё позади: и жизнь, и кастинги.
И всё, на чём бытует свет.
А будет ли малышка счастлива?
Всё очевидно. Вовсе нет.

Я ухожу. Но не злорадствую.
Итог по модулю, что крах.
Всех благ мечте! Желаю здравствовать!
И, видит Бог, не на словах.

Увы, что сделано, то сделано.
От первых строк до сей главы.
Судьба грустить тоскою белою
в краю обиженной любви.